Море волнуется раз...
Уходя в море, я был загружен одеждой, ожиданиями и неким знанием о море.
Мы прилетели в Черногорию для прохождения курса по управлению парусной яхтой. Надо сказать, что это подготовка к переходу через Атлантику, который мы затеяли осуществить вот уже этой осенью.
Три дня мы занимались теорией и практикой - швартование, правила расхождения судов, постановка парусов и т.д. На четвёртый день капитан предложил пересечь Адриатическое море.
Мы вышли в ночь. Залив был спокойным. Шли под мотором. На выходе из Которского залива поставили паруса. Когда раскрыли грот, ветер стал старательно трепыхать яхту по волнам как щепку. Открыли стаксель. Судно взяло курс на юго-запад и мы пошли в Италию. Ну как в Италию? Мы пошли в открытое море. В ночь. В темноту.
Первые часа три нас наполняло веселье и предвкушение.
Яхта, кренясь на бок, шла правым галсом. Штурвал было сложно удерживать, так как парус просился влево. Но все ещё было интересно. Ветер разгонялся до 15 узлов. Мы сидели в кокпите и любовались звёздами и облаками.
Через три часа стало понятно, что все не понарошку. Всерьёз.
Идти оставалось ещё 15 часов. Обратно 4,5. Конечно, никто и не думал возвращаться. Мы же мужики.
Распределили вахты по 4 часа. Я пошёл спать. Ну как спать? Как можно было спать в бочке, которую швыряет по волнам. Помимо крена в 45 градусов была ещё бортовая качка с постоянной вертикальной амплитудой.
Через четыре часа я вышел на палубу, надев на себя всю возможную одежду, спасжилет и страховку для пристёгивания.
Меня тошнило. Тошнило меня потом ещё 12 часов. Стоять на палубе, да вообще где-либо стоять, было невозможно. Судно то уходило из под ног, проваливаясь в чёрную воду, то вдруг взмывало вверх.
Небо затянуло облаками. Лунный свет, пробиваясь иногда через них, окрашивал воду всполохами с золотым отливом, превращая воду в расплавленный метал.
Ночью в море всё кажется больше, ближе, сильнее. Волна - цунами! Звезды - фонари. А ветер, свежий ветерок кажется штормом. Что делает всё это больше, чем оно есть? То ли масштаб, то ли страх.
Меня мутит. Мой напарник сидит рядом, застёгнутый на все возможные карабины, липучки и пуговицы. Так же как и я.
Я стараюсь «резать» волну, держать курс и ловить ветер. Одновременно. Не получается ничего из этого.
В какой-то момент капитан говорит: - Снимаем паруса!
Как? Я только что названия этих парусов запомнил. А тут - снимаем? Сейчас? Ночью? Посреди ветра, моря и тьмы?
Но деваться некуда. Вокруг мрак, волны и смерть. Так мне казалось в этот момент.
Когда мы сняли грот и стаксель, и пошли под мотором, я подумал, что мы выжили. А впереди была ещё вся ночь.
«Кто не был в море - богу не молился» - гласит поморская поговорка.
Я молился. Молился неистово. Море не утихало, словно никто меня и не слышал.
Мы шли в Бари. Город, в котором захоронены останки Николая Чудотворца - покровителя моряков. Рассвет я встретил на вахте у штурвала. Солнце выглянуло из-за моря и сразу же зашло за облака. Погода не улучшилась. Но дневной свет сделал всё вокруг чуточку спокойнее. То ли от того, что стало видно и уму было за что цепляться, то ли просто от того что днём все не так страшно выглядит.
Мы шли дальше. Я вглядывался вперёд, в надежде увидеть землю. Всего каких-то 18 часов. А я уже ждал, когда сойду на твёрдую почву. Увидев первых птиц, я обрадовался, так как понимал, что скоро все закончится.
Когда мы пришли в Италию, я задал себе вопрос:
- Что именно не давало разыграться панике, зревшей внутри меня?
Забота. Забота каждого из членов команды друг о друге. Стеснённые условия сделали своё дело. Они сделали нас командой. И у нас появилась цель. Каждый давал столько, сколько мог, а требовал столько, сколько другой собирался дать и ни «центом больше». Маски были сброшены. Обещания и ожидания не работали.
Было только «здесь и сейчас». Можешь стоять у штурвала - стой. Можешь сварить кофе - вари. Можешь просто воды дать - дай.
И это закон. Закон равновесия и баланса сил.
В нем вся соль.
Я не знаю, дойдём ли мы дальше, я не знаю, что будет в океане при переходе Атлантики. Но сейчас я могу сказать только одно: «Спасибо море»!
видео с просторов интернета, не моё