21 марта в широкий российский прокат вышел фильм Резо Гигинеишвили «Трезвый водитель», в котором показана жизнь столичной богемы глазами провинциалов, приехавших на заработки.
В немногочисленных интервью Резо Гигинеишвили называет свой фильм комедией, но ничего смешного в «Трезвом водителе» нет. Есть дорогие автомобили, пьяные люди в недешевых костюмах, ругань, сомнительная актерская игра и… глубокая растянувшаяся на четвертом плане грусть за огромную страну, все деньги которой циркулируют в одном, далеко не самом красивом городе.
Сюжет посвящен деревенскому парню, приехавшему по приглашению друга в Москву, – работать трезвым водителем, другими словами, специальным человеком, развозящим богатеев после шумных праздников. Однажды главный герой сам выдает себя за состоятельного молодца, после чего завораживает наивную, пропитанную романтическими фантазиями девушку. Прикрывшись золотыми масками, они начинают тратить заработанное.
Во вселенной Гигинеишвили простой водитель способен спустить за ночь до 50 000 рублей. Для него открыты двери пятизвездочного Ritz, в ЦУМ его ждут носки за 36 тысяч, а инспектор ГИБДД рад получить от него «оранжевый Хабаровск» на чай. Помимо рублевой математики «Водитель» пестреет перекошенными от алкогольного угара лицами, полуголыми столичными мотыльками, плоскими остротами и тяжелой для восприятия музыкой Ивана Дорна. Дорн выступил композитором фильма, поэтому с барского плеча насыпал в картину десяток своих треков.
Очевидно, ключевая цель, которую поставил перед собой Гигинеишвили, – показать, что необходимо сохранять личное достоинство, не притворяться, не гнаться за успехом любой ценой, любить малую родину, но форма, выбранная для раскрытия, в целом светлого замысла, оказалась ужасна. Честнее было бы сделать суровую серую драму, заканчивающуюся не легким переломом после страшной аварии, а моментальным, единственным реальным, исходом.
На какую аудиторию рассчитан трезвый водитель? Скорее всего, на обрюзгших, загнанных в пиджаки, менеджеров или предпринимателей, вырвавшихся в белокаменную из глубинки, сорвавших денег, проникшихся фальшивой культурой, и теперь готовых с улыбкой помечтать о пронесшийся глянцевой молодости.