Первый сезон нового московского зала «Зарядья» невероятно богат на вокальные концерты.
Из знаменитых зарубежных певцов Джойс Дидонато и Барбара Фриттоли, Рамон Варгас и Магдалена Кожена выступили здесь совсем недавно, обновив еще ненамоленное меломанами пространство. Афиша составлена так, что практически каждый вечер здесь – это культурное событие, сопричастным которому очень хочется быть.
Следующий именитый западный гастролер-дебютант в новом зале – английский тенор-интеллектуал Йэн Бостридж. Его выступление ожидалось с особым интересом.
Слава ученого певца, защитившего в Оксфорде диссертацию о колдовстве, оставившего науку ради сцены в зрелом возрасте и сделавшего неплохую международную карьеру, не сказать, чтобы уж очень громкая, но весьма заметная, особенно среди публики, считающей себя интеллектуальной. Тем более, что обещанная программа концерта была весьма необычной для московской концертной практики.
Бостридж прославился главным образом исполнением старинной и современной музыки (для него специально пишет Томас Адес, а любимый образный мир певца – бриттеновский).
Из мейнстримного репертуара заметен его вклад в интерпретацию опер Моцарта и песен Шуберта. Что, как представляется, не случайно: его голос не отличается гедонистической красотой, скорее это – пение умное и выразительное, нежели чувственное и просто красивое.
Для нового столичного зала певец подготовил короткую, но емкую программу из произведений переходной от позднего ренессанса к раннему барокко эпохи – мадригалы Монтеверди и Элегию на смерть королевы Марии Пёрселла, исполненные в сопровождении известного итальянского ансамбля «Europe Galante» под управлением маэстро Фабио Бьонди.
Знаменитый тенор приезжал в нашу страну не раз, слышали его здесь в разном репертуаре, в том числе и в оперном (в 2013-м Бостридж пел партию Ашенбаха в российской премьере бриттеновской «Смерти в Венеции», дирижировал Геннадий Рождественский).
Нынешнее московское выступление оставило весьма противоречивое впечатление. С одной стороны, мощный интеллектуальный посыл, тонкая выразительность, необыкновенная осмысленность исполнения, градуированная нюансировка и выпуклая подача пропеваемого слова. Воинственная бравада драматического мадригала «Сражение Танкреда и Клоринды», скорбная меланхолия поминальной элегии Пёрселла или нежная лирика мадригала «Tempro la cetra» равно удавались певцу замечательно – по посылу, настроению, уникальности фразировки.
С другой стороны, явственны были и проблемы. Во-первых, практически все исполненные вокальные сочинения певцу безбожно низки, а его сугубо лирический тенор не отличается звучностью и крепостью в нижнем регистре – слышно его было в соответствующих фрагментах исключительно за счет наиделикатнейшего аккомпанемента ансамбля Бьонди. Почему певцом были выбраны именно эти сочинения, которые не слишком подходят его голосу, – вопрос.
Во-вторых, редкие ходы на предельные верхние ноты, увы, не получились ни разу: голос певца всякий раз почти срывался на этих пассажах, звучал напряженно и некрасиво. Наконец, в целом ощущение от голосоведения было скорее разочаровывающим – вокальный аппарат знаменитости казался утомленным и несвежим.
Признак ли это возможного естественного возрастного увядания? Или же временные трудности – например, нездоровье или переутомление от интенсивной концертно-театральной деятельности?
По традиции, которая уже закрепилась в современном концертном исполнительстве, половина, если не больше, времени вечера заняла игра инструментального коллектива, поэтому, честно говоря, назвать концерт сольным рециталом певца можно лишь с большой натяжкой. Но, возможно, в данном случае это и к лучшему: если к пению британской звезды возникли вопросы, то к ансамблю Бьонди – никаких.
Остродраматическое и элегическое, бравурное и умиротворенное получалось у коллектива равно выразительно и виртуозно. Несмотря на малый состав и старинные инструменты, в большом пространстве «Зарядья» ансамбль совсем не потерялся – особенно порадовали полярность звуковых контрастов, энергичность игры, четкость артикуляции, исключительная сыгранность музыкантов, яркий артистизм.
В первом отделении «Europe Galante» исполнил неведомые широкой публике сонаты Дарио Кастелло, во втором – не менее раритетный Четырехголосный ричеркар Фрескобальди. С великолепным чувством юмора было исполнено единственное относительно известное сочинение – «Причудливое каприччио» Карло Фарины, где инструменты развлекают публику, имитируя звуки животных и природных явлений.
21 марта 2019 г., "Новости классической музыки"