Новая практика: суды начали заставлять граждан публиковать на своих страничках в соцсетях опровержения собственных постов. Если, конечно, в пост закралась ошибка...
Закон гласит, что требовать опровержения можно не только у СМИ, но и у любого гражданина, распространившего клевету. До недавнего времени правило не работало, так как сложно заставить обычного блогера взять свои слова назад. Однако в конце 2018 года поправки в КоАПП и УК ввели наказание за отказ опубликовать опровержение.
Недавно подобное судебное решение было исполнено в Коми. Некая гражданка разместила на своей страничке информацию, в которой рассказала об условиях содержания своего сына в колонии. По её словам, над ним издевались сотрудники тюремного ведомства. УФСИН отреагировало: назначило комиссию, провела проверку. Естественно, никаких нарушений не нашли. После этого суд заставил женщину извиниться и публично опровергнуть свои собственные слова, иначе ей грозил серьёзный штраф.
Эксперт "Радио России" – юрист Павел Катков.
Если брать эту ситуацию за основу, мы же понимаем, как это делается. Как это было в Ярославской колонии, в которой никто из проверяющих на протяжении многих лет не замечал то, что там избивают заключенных, пока, в конце концов, правда об этом не выбилась наружу. Как это было в случае с пресловутым Цапком, который ел крабов, а народу рассказывали о том, что была проведена тысяча проверок, но никаких крабов в тюрьме никто никогда не видел. И вот такие примеры определяют новую судебную практику в отношении тех, кто пишет в Интернете правду, жалуется в Сети или ищет помощи?
Данный вопрос я бы разделил на две части. Первая. Это правовая оценка самого этого инструмента, этого вида требования опубликовать опровержение. Публиковать здесь, по сути, нужно не опровержение, а решение суда. Сама публикация решения суда ничего ужасного и криминального не несёт. Во всяком случае, в части 4-й Гражданского кодекса РФ в отношении споров об интеллектуальной собственности, такая норма содержится с 2008 года. Если лицо выступило с иском в защиту своей интеллектуальной собственности и выиграло процесс, то проигравшую сторону могут обязать опубликовать решение суда. А опровержение слов блогера может не соответствовать действительности. Но вообще эта мера нормальная, соответствующая любым обычным правовым требованиям.
Другое дело, что начали её применение как-то странно. Во-первых, у меня есть большой вопрос по тому, что у колонии может быть вообще деловая репутация. Статья про институт деловой репутации в ГК РФ звучит так: "честь, достоинство и деловая репутация". Честь и достоинство могут быть у человека, у личности. Деловая репутация может быть у личности, если она занимается какой-то деловой практикой, коммерческой, предпринимательской деятельностью, вообще деловой деятельностью, либо у организации. Но деловая репутация у колонии – это, на мой взгляд, очень расширительная трактовка этого понятия.
Во-вторых, исходя из той информации о содержании в тюрьмах в нашей стране, которой владею я, полагаю, что слова матери могли быть и правдой. Может быть, они просто были поданы в каком-то эмоциональном контексте. Но в каком ещё контексте она будет рассказывать о содержании своего ребёнка под стражей?
Плюс комиссия. У юристов есть такое понятие, как судебная экспертиза. Но бывают случаи, когда судебная экспертиза просто не может быть проведена, потому что невозможно установить правдивость или ложность тех или иных фактов. Как комиссия, не имея машины времени, оказавшись в колонии, смогла оценить, как конкретно этого молодого человека содержали и били ли? Комиссия могла выявить в целом условия содержания, она могла проверить какие-то факты. Например, вносили ли в журнал данные о содержании человека в одиночной камере? Если таких записей нет, а в рапорте сухо написано, что этого не было, это же не исключает возможности нарушения данного порядка.
А как будет осуществляться процедура, когда суд будет принуждать блогеров опровергать информацию, распространённую в отношении частного лица? Здесь кто и как может доказать, что блогер был не прав?
Относимые допустимые доказательства могут быть любыми, если это законные доказательства. Что касается ситуации в колонии, мать и потерпевший могли во встречных аргументах привести в качестве доказательств фотографии, например, побоев, аудиозаписи угроз, если бы их получилось в тюрьме сделать. Или, допустим, выписку из лазарета о том, что у сына были какие-то повреждения. Такими могли быть встречные аргументы. Возможно, они просто не справились с обвинением.
Что касается блогерских вещей, то здесь надо смотреть, о каком факте заявляет блогер. Если этот факт подтверждён, то, соответственно, его позиция крепка. А если нет, то нет. Блогерам можно посоветовать следующее: когда вы делаете какое-то оценочное суждение, оценивайте, насколько оно подтверждено фактическими данными.