На нас косились буквально все. И в управе, когда не хотели давать место в садике ещё на год. И в школе, когда пришли записываться на подготовку. Меня задолбали этим вопросом: «А почему вы не хотите, чтобы он учился со своим годом? Он будет переростком, его будут дразнить». Такое впечатление, что люди сами не учились в школах. Или школы у них были образцово-показательные. В моей школе дразнили маленьких и слабых. А также били и всё отнимали. Не у всех, конечно, и не всегда, но мою твёрдую уверенность, что в школе лучше быть больше всех, а не меньше всех, особенно мальчику, поколебать не могло ничто. Поэтому я, соблюдая правило «Гни свою линию», вяло отбрёхивалась от чиновников фразами: - Я же лучше знаю своего ребёнка. - Он слишком неусидчивый. - Он в садике был самый маленький (это не совсем правда, но у тех низкорослых детей есть свои родители). И чиновники, вздыхая, шли мне на уступки. Потому что это ведь мой ребёнок, и мне виднее. Максим родился в ноябре. Ни туда, ни сюда. Либо в 6