К огда я впервые пришла в редакцию «Красного Севера» несколько лет назад меня обуяли два чувства. Первое восхищение. Я увидела вживую людей, публикациями которых зачитывалась. Вот они на расстоянии вытянутой ноги. Смотрела на них широко раскрытыми глазами, ну, насколько позволял мой разрез глаз, и меня охватывало оцепенение от восторга. Помню свой первый рабочий день в редакции. Все предварительные переговоры завершены и вот меня приняли. Утро. Иду к главному редактору Владимиру Никитичу Волошину. Никитич, седовласый интеллигент высшей пробы, очень импозантный, высокий, статный и ко всему прочему талантлив. И вот этот монстр журналистики лично провёл меня по кабинетам, представил коллегам, показал рабочее место. Это был сдвоенный кабинет. Мой стол располагался у входа. С него только смахнули остатки минувшего чаепития. Прям при мне, под укоризненый взгляд Никитича. - Я ж предупреждал, что надо приготовить стол, - заметил он с легкой укоризной. Компьютеры тогда только появлялис