В условиях того кризиса, который переживает русская революция в данный момент, положение Петрограда как столицы резко изменилось. Ввиду этого съезд постановляет, что впредь до изменения указанных условий столица Российской Советской Социалистической Республики временно переносится из Петрограда в Москву.
В этом постановлении IV Чрезвычайного Всероссийского съезда Советов
под одним из проявлений кризиса, надо полагать, подразумевалось повальное пьянство, наркомания и, в конце концов, дезертирство героического матроса Дыбенко с его краснофлотцами под Нарвой 23 февраля 1918 года. Позже этот день причудливо стал Днём защитника Отечества, а тогда матросы бросили Петроград на произвол судьбы.
В ночь с 24 на 25 февраля члены Совнаркома в тайном заседании решали: бежать из колыбели революции или нет. Идеологом побега выступал управделами Бонч-Бруевич, его поддерживал брат-генерал, глава Высшего военного совета республики. Ленин и Троцкий тоже были за побег, Луначарский и Зиновьев категорически возражали.
В результате вчерашним союзникам из партии левых эсеров намекнули, что столицу надо бы временно перенести в Нижний Новгород. Пока наивные террористы бурно возмущались, 11 марта 1918 года в обстановке строжайшей секретности спецпоезд под охраной молчаливых латышских стрелков перевёз членов нового правительства, документацию и драгоценности в Москву. Кстати, в дороге на поезд напали дезертиры-матросы, бежавшие с фронта. Атака была такой же бездарной, как и прочие военные действия Дыбенко с коллегами. Состав благополучно достиг Москвы, и 19 марта в газете "Известия" сообщили:
Этого требуют интересы всей страны. Германские империалисты остаются врагами Советской власти, и сейчас они готовят поход против революционной Финляндии. В таких условиях оставлять столицу в Петрограде нельзя. Для безопасности города необходимо перенести столицу в Москву. Незачем говорить, что после временного переноса столицы Петроград останется первым городом революции.
Большевики в Москве прижились. Ленин ездил на двух "роллс-ройсах" московского градоначальника Рейнбота и, обезумев, доживал свои дни в его загородном имении Горки. Сталин начал зачищать партию и в первую очередь руководство страны от старых революционеров, которые слишком много знали. Возвращаться в Петроград и снова вспоминать, кто какую роль играл в октябре 1917-го на самом деле, было совсем ни к чему. Поэтому последующие семь с лишним десятилетий, до краха СССР, Москва продолжала оставаться главным городом страны. Хотя юридически её столичный статус оформили только в Конституции 1924 года.
