Бывало у Петра Никифоровича такое, что, выйдя поздно ночью в поле, брал он своего товарища под руку, если таковой был, и бежал, что есть мочи, с криком: "Токмо не оглядывайся!". А началось всё с одного интересного случая... А дело было так...
Закемарил как-то в поле Пётр Никифорович. День был знойный, работал он тогда на сенокосе, как вечер наступил, весь потный и уставший, присел возле старого дуба, да и уснул в тот же момент. Проснулся, а вокруг уж темнота, звёзды с луной только и освещают землю. Чего ж делать, пошел домой. Пора уж было отужинать, спать, да с утреца снова на сенокос. Идёт, еле ноги волочит, ото сна не отошёл ещё. В ушах звенит после дневной жары. Казалось ему, что шаги за ним, да внимания не обращал — мало ли, что с полудрёмы почудится. Тут слышит, как жена зовёт его, отвечает: "Иду я, иду". Раз пять так ответил, пока не понял: откуда ж его жена здесь, ночью, посреди поля? Остановился, прислушался, а голос позади откуда-то раздается. Зовёт его: «Петя… Петя… Подой