Говоря же об этом, мне стоит начать с того,
что при создании этого текста ни единое существо
не пострадало; и более — у меня от него
уже много лет как нет ничего.
Да, четырежды льдом покрывалась в реке вода.
впрочем, что с того, если его у меня никогда
толком не было; все, что было — образ, придуманный мной,
с помощью которого я тогда покончила с тьмой,
что гнездилась вокруг меня, а также во мне,
я тогда шептала имя его в тишине,
становилось легче и отступали чудовища,
я шагала дальше, его ища.
Разошлись не мы, а образ с реальностью,
я не только его — я забыла тропу свою,
я пошла другою дорогой, и больше нет
ни меня, ни того, кто старше на много лет,
кто мудрее и лучше, кто вечно знает, куда.
Я меняла квартиры, людей, имена, города.
Но осталась привычка: когда подступает мрак,
я шепчу его имя — и отступает враг.
Я его шепчу, когда на подходе смерть,
когда боль под грудью, когда тяжело посметь
встать с колен и выйти из ряда вон,
я шепчу его имя — или же не его,
вызываю прекрасный образ, прячусь за ним,
это имя короткое — мой Иерусалим,
мои стены небесные, мой потаенный град,
я встаю, и иду, и совсем не гляжу назад.
26.02.2103