Сегодня Белгородскую область нередко называют «Святым Белогорьем» — за огромное количество храмов, монастырей и других православных достопримечательностей, которые имеются на этой земле. Но так было далеко не всегда.
Говорят, в Белгороде и его окрестностях часто наблюдают разнообразную чертовщину – то летающие тарелки, то загадочные шары, то пресловутую чупакабру… По одной из версий, все странные события связаны с магическим прошлым этих мест.
Даже сегодня, в Белгородских деревнях можно услышать рассказы стариков о ведьмах, колдунах, проклятых местах и прочей чертовщине, что творилась (а то и творится) здесь. И неудивительно — ведь долгое время Белгородская губерния считалась проклятым местом и пристанищем нечистой силы. Охота на ведьм Хотя православная церковь, в отличие от католических собратьев, в плане инквизиции никогда не лютовала, с «волхвами и волшбой» здесь также боролись. Именно сюда стали ссылать на вечное поселение ведьм и колдунов (часто это были обычные народные целители).
Один из первых официальных документов — это наказ царя Алексея Михайловича Белгородскому воеводе Тимофею Бутурлину от 1648 года. В нем государь повелевал нещадно бить батогами тех, кто «в городах и уездах бывают со многим чародейством и волхвованием, и многих людей тем своим чародейством прельщают». С требованием принять меры для исправления ситуации в Белгородском уезде. Суть царских претензий заключалась в том, что жители уезда, вместо того чтобы посещать церковь, все больше бывали замечены в игрищах с участием скоморохов. Причем происходило это даже в большие православные праздники. Как выяснилось, мутили народ все те же ведуньи. В итоге начальство велело бить смутьянок кнутами, отправлять их в ссылку, а самых отъявленных и вовсе сжигать. Тем не менее, говорят, настоящим колдуньям как-то удалось вывернуться, а пострадали одни лишь невинные.
Судя по всему, проблема ведовства остро стояла именно на Белгороде и решена так и не была. Потому как в 1653 году последовал еще ряд указов — теперь уже более жестоких. Людей, уличенных в колдовстве трижды, повелевалось «сжигать в срубах», а их дома и имущество предавать разграблению.
Если верить трудам А. Крупенкова, историка и краеведа Белгородской области, то подобные явления не имели массового характера — как в случае с инквизицией в Европе. Но документы о судах над крестьянами, обвиняемыми в ведьмовстве и ворожбе, в губернских архивах сохранились — в основном они относятся к XVII—XVIII векам. «Украинный край» Следует сказать, что во времена Алексея Михайловича Белгородский разряд (аналог губернии) был довольно обширным и включал территории нынешних Орловской, Курской, Белгородской, Сумской, Харьковской и Воронежской областей. Многие из этих земель лишь недавно были присоединены к Московскому царству и регулярно подвергались набегам со стороны татар и Речи Посполитой. Те пытались сделать регион подвассальным, в том числе и насаждением своей религии. Именно с этим явлением активно боролась Русская Православная церковь, а потому и указы были соответствующие.
Причем к колдовству в ту пору причисляли абсолютно безобидные сейчас вещи, как, например, скоморошничество. А чтобы прослыть идолопоклонником, достаточно было не ходить регулярно в церковь. Свою лепту в общую неблагонадежность региона вносили и те, кого ссылали в «украинный край» (то есть на окраину государства) из центральных уездов — в том числе и по обвинению в колдовстве. Так, сохранился указ Анны Иоанновны 1752 года в отношении некой Марфы Королевой, которая «портила господина и госпожу своим волшебством», — сжечь. Для этого ее отправили именно в Белгородскую губернию «для учинения приговора с нею по указу». И, скорее всего, «учинили» — других документов в отношении этой особы не сохранилось.
Еще один архивный документ повествует о церковном суде, рассматривавшем дело крестьянки по имени Ульяна. Женщину обвиняли в том, что она обучилась у некоей украинской ведьмы колдовству, а для верного результата продала душу дьяволу. Судьба колдуньи Ульяны так и осталась неизвестной, зато сохранились сведения о том, что самому святителю Иоасафу пришлось приехать в Белгород, чтобы своими молитвами вновь обратить людей к вере.
Сегодня близ села Смородиново сохранились яры Ведьменки. Там, говорят, пролегали тайные тропы, по которым ходили к ведуньям за помощью местные жительницы.