Найти в Дзене
Александр Матусевич

И конь, и трепетная лань

Споры о том, что предпочтительней – репертуарный театр или система стаджоне – не утихают. Хотя, кажется, очевидно, что в каждом формате есть и плюсы, и минусы, а современная практика оперного театра настойчиво требует взять все лучшее и грамотно сочетать достижения обоих. С этой задачей, похоже, неплохо справляются наши ближайшие соседи в Риге. Гремевший в советскую эпоху Государственный академический театр оперы и балета Латвийской ССР, где ставились раритетные для того периода оперы Вагнера и Штрауса, и который входил в пятерку лучших коллективов огромной общей страны, с обретением Латвией независимости и возвращением театру его исторического имени несколько потерялся и никак не мог найти себя в новом контексте. Директорство Андрейса Жагарса (1996-2013), полное противоречивых художественных достижений, тем не менее, вывело театр на новые рубежи – он стал известным и успешным, удачно встроился в общеевропейский мейнстрим. Оставаясь репертуарной институцией, Латвийская национальная опе

Споры о том, что предпочтительней – репертуарный театр или система стаджоне – не утихают. Хотя, кажется, очевидно, что в каждом формате есть и плюсы, и минусы, а современная практика оперного театра настойчиво требует взять все лучшее и грамотно сочетать достижения обоих.

С этой задачей, похоже, неплохо справляются наши ближайшие соседи в Риге. Гремевший в советскую эпоху Государственный академический театр оперы и балета Латвийской ССР, где ставились раритетные для того периода оперы Вагнера и Штрауса, и который входил в пятерку лучших коллективов огромной общей страны, с обретением Латвией независимости и возвращением театру его исторического имени несколько потерялся и никак не мог найти себя в новом контексте. Директорство Андрейса Жагарса (1996-2013), полное противоречивых художественных достижений, тем не менее, вывело театр на новые рубежи – он стал известным и успешным, удачно встроился в общеевропейский мейнстрим. Оставаясь репертуарной институцией, Латвийская национальная опера взяла на вооружение некоторые принципы современного европейского оперного театра, попробовала и блоковость, и абонементы, и специальные программы, и самое главное – четкое и перспективное взаимодействие с контактной аудиторией, когда о планах труппы, о грядущих событиях становится известно загодя, а текущий сезон четко сформирован и по названиям, и по персоналиям, и неукоснительно выдерживается.

Текущий и следующий сезоны проходят под знаком празднования двух юбилеев, тесно друг с другом связанных: столетие латвийской независимости и столетие самой Национальной оперы. Этим событиям будет посвящен променад опер латышских композиторов, который пройдет на Рижском оперном фестивале в июне. Отдавая должное национальному репертуару, ЛНО на нем не замыкается: помимо «Турайдской розы» Зигмара Лиепиньша оперными премьерами этого сезона являются «Похождение повесы», «Дон Паскуале» и «Турандот». Особенно примечательна последняя: поставленная еще в 1973-м для великой сопрано Жермены Гейне-Вагнер, эта постановка Яниса Зариньша возобновляется уже в четвертый раз (теперь – Гунтисом Гайлитисом) и пользуется неизменным успехом публики. Праздничная и эстетичная сценография Эдгарса Вардауниса умеет быть ненавязчивой и ненапыщенной, сочетая китайский колорит и создавая атмосферу условности и сказочности. Достойные протагонисты – литовка Сандра Янушайте (Турандот), россиянин Сергей Поляков (Калаф), местные солисты Дана Брамане (Лю) и Роман Полисадов (Тимур) – насыщают спектакль экспрессивным пением под водительством маэстро Гинтараса Ринкявичюса, в итоге продукция сорокапятилетней давности, при всем традиционализме, смотрится свежо и не замшело.

Для любителей экспериментального в репертуаре ЛНО есть немало подходящих спектаклей. Одно из последних достижений – «Кармен», премьера прошлого сезона, сменившая знаменитую (она гостила в Большом в 2007-м) «кубинскую» версию Жагарса. Французская режиссер Мари-Эва Синьероль помещает героев опера-комик в грязные подворотни мегаполиса, кишащие опасностями всякого рода. Вместо хабанеры и сегидильи – хип-хоп, вместо табачной фабрики – приют токсикоманов, вместо боя быков – садо-мазо-игрища. Тема контрабандистов и всякого рода асоциальных слоев гипертрофирована – похоже, что в этой «Севилье» немаргинальная публика не обитает вовсе. Неприглядную сценографию Фабьена Тенье и провокативную пластику Гунтиса Спридзанса скрашивают мастеровитые вокально-актерские работы белорусской меццо Оксаны Волковой (Кармен), рижских певцов – Андриса Людвигса (Хозе), Лауры Теиване (Микаэла), Рихарда Мачановского (Эскамильо) и темпераментная интерпретация маэстро Яниса Лиепиньша.

-2

"Большой театр", № 1 (11), март 2018