Гордые слова из заголовка были произнесены совершенно по делу, во время одной из стычек русских и китайцев в XVII веке. Причем тут интересны даже не события, в ходе которых были сказаны эти слова, а личность того, кто их произнес.
В истории он остался как Афанасий Бейтон. Афанасием его прозвали в России, а как его назвали родители – неизвестно. Дело в том, что Бейтон был … немцем.
После того как в Европе закончилась Тридцатилетняя война многие наемники оказались не у дел. В том числе и немец Бейтон. Как и положено наемнику, он искал работодателя, готового заплатить подороже. Такой нашелся в России. В 1654 году Бейтона приняли в полк князя Трубецкого «в чину капитанском и порутчиком».
Дальше он принял участие в русско-польской войне, продолжавшейся 13 лет, с 1654 по 1667 год. Но так получилось, что наемного офицера в ходе войны отправили в Сибирь. Не в ссылку, а для того, чтобы занялся созданием «полков нового строя».
Так он оказался в Томске. Там он перешел в православие, женился и перешел в русское подданство. Потом его вернули в Москву. Но видно немца, связавшего свою жизнь с Россией, манила Сибирь. Поэтому он опять отправился на восток, в Енисейск, переведенный в «дети боярские». Дальше судьба занесла его в Иркутский острог, потом в Селенгинский. И везде он был нужен, потому что Бейтон был еще и полиглотом и служил «для великих государевых дел» переводчиком с тунгусского, монгольского и бурятского языков.
В 1685 году Бейтон получил под командование полк в Тобольске и отправился с ним дальше, в Нерчинск, где в июле встретился с остатками отряда воеводы Алексея Толбузина, ушедшего из Албазинского острога после его неудачной защиты.
Новые силы во главе с Толбузиным и Бейтоном опять отправляются в Албазин и к лету 1686 года строят там новый, более укрепленный острог, фактически бастионную крепость. Фактически русский отряд сам нарывался на наступление маньчжурцев и китайцев, только в прошлом году выдавивших русских с земель, которые правившая в Китае маньчжурская династия считала своими.
Поэтому около Албазина появилась маньчжурско-китайская армия в количестве нескольких тысяч человек против русского отряда максимум в пять сотен казаков. С 7 июля 1686 года началась вторая осада Албазинского острога. Уже 11 июля после неудачного штурма, предпринятого китайцами, командующий русским отрядом, воевода Алексей Толбузин фактически выбыл из строя. Ему ядром
«отшибло правую ногу по колено».
Командующим стал наш немец, уже давно ставший русским – Афанасий Бейтон. Штурмы не удались, началась осада. Во время осады китайский полководец Лантань предлагал осажденным сдаться, на что получил ответ командира осажденных, то самого немца Бейтона:
«Русские сдаваться не привыкши».
Вот такой был немец. Кстати, китайцы так и не смогли взять Албазин, хотя к концы осады по словам Бейтона на ногах оставалось около 30 человек, сам он тоже передвигался на костылях из-за цинги.
В 1687 году основные силы китайцев ушли от крепости. Но посты и разъезды продолжали блокировать крепость. Тем не менее, Албазин остался за русскими.
А потом получилось так, как случалось много раз. По Нерчинскому договору Россия уходила с Амура, а крайним пунктом русских владений становился Нерчинск. И Бейтону приказали оставить удержанный им Албазин. И немец, ставший русским казаком, а потом и дворянином, разрушил со своими казаками крепость и ушел. В дальнейшем он мотался в Москву, служил казачьим головой в Иркутске. Но это уже другая история.