=XVI=
Спустя десять лет после смерти дедушки на тот свет отправилась и пожилая соседка. До последнего дня она делала все, что необходимо для счастливой жизни Саши, насколько это было возможно.
Маленький район, будто целая семья, объединилась ради одного мальчика. Каждый, кто хоть украдкой слышал историю этого невинного создания, невольно проливал слезу. Лишь дети и подростки относились к Саше иначе:
– Эй, дебил. Какой корень будет из 225? – спрашивал один из них всякий раз, когда видел объект насмешек.
Но ответа не было. Однако, справедливости ради, стоит заметить, что периодически хулиганам доставалась хорошая затрещина, как только родители узнавали о проделках.
Саша рос, и в тоже время оставался маленьким мальчиком. Окружающие люди с радостью помогали ему в магазинах, поликлиниках и других конторах.
– У тебя есть знакомые в этой организации?
– Да, а что?
– Знаешь Сашу? Вот ему помочь надо.
– А, да. Запиши номер, договоритесь. – Такой разговор частенько можно было услышать в барах, на лавочках и детских площадках. Так с годами юноша оброс большим количеством друзей и помощников.
После школы Саша никуда не поступил и жил только благодаря помощи окружающих.
– Тебе не холодно в этом? – спрашивали добрые люди зимой.
– Немного, – смущенно отвечал Саша.
– Ну-ка, примерь вот это. – Из ниоткуда появлялась дутая куртка с яркой заплаткой на плече. – Нормально?
– Да. Спасибо.
– Пожалуйста. Поможешь мне? Я тебе еще немного денег дам.
– Ага, – кивал юноша и отправлялся выполнять несложное поручение.
Чаще всего Сашу просили что-то перенести, подержать или дотянуться. Ничего сложного в такой работе не было, хотя и работой эти действия едва ли можно было назвать. Однако за эту помощь давали кое-какие деньги, одежду и еду.
На почте, в магазине, даже в банке, каждый работник знал об этом мальчике. И как только он появлялся на пороге, ему оставалось лишь сказать «Здравствуйте, мне нужно...». В ту же секунду рядом с причудливо одетым человеком появлялись люди и выполняли то, что должно делаться самим клиентом.
Если же в магазине какой-нибудь новый продавец ухитрялся обмануть Сашу, то мигом вылетал с работы. Местные жители с упоением разносили эту весть во все концы города, отчего последующее трудоустройство для обманщика не представлялось возможным.
О Екатерине никто и никогда больше ничего не слышал. Пару лет в родных местах проходили слухи о ее жизни, но каждый из них был невероятнее другого. Со временем эта тема всем наскучила и о матери трудного ребенка перестали вспоминать и вовсе. Бабушек и дедушек с этой стороны никогда не было.
Сейчас Саша живет в квартире, оставленной от дедушки. Даже налоговая служба и федеральные ведомства не стали углубляться в детали истории и просто оформили все документы. В этой квартире иногда появляются гости, чаще всего пожилые, и помогают ему убраться, приготовить, и скоротать время. В этой же пустой, но по-своему теплой квартире, еще иногда можно услышать звук старого пианино или ночные всхлипы. Там, лежа на кровати, Саша едва слышно плачет и повторяет самые теплые для него слова:
– Хрум-хрум, мой мальчик...
***
Даже зимой на улице маленького городка можно встретить мужчину в одежде не своего размера и разных носках. Обувь его никогда не гармонирует с джинсами или брюками, а на голове всегда одетая задом наперед вязаная шапка. Мужчина приходит в торговый центр, помогает продавцам и получает за это некоторые средства.
Если повезет, то вы сможете увидеть его почти в самом центре города под стенами миниатюрного кремля. Там, время от времени, мальчик, заключенный в теле взрослого мужчины, играет на белоснежном пианино. Кисти его бегают влево и вправо, а клавиши дрожат под пальцами, словно Петрарка в объятиях Лауры. Именно там и рождается магия, которую мы привыкли называть музыкой. И только там к этой магии можно прикоснуться. Так к ней прикоснулся и я...
=конец=