Когда девочка подошла к дяденьке, ей пришлось подергать его за плащ, чтобы он ее заметил.
Была середина сентября. Хмурилось небо, казавшееся совсем низким. И в парке не было почти никого.
– Что такое? – спросил дяденька, когда девочка протянула ему какую-то бумажку. – Что это?
– Вы не видели маму?
Бумажка была фотографией, где они с мамой на фоне нарисованного водопада. Дяденька подсунул зонт под мышку, чтобы освободить руку и взять фото.
– Что такое? Что твоя мама?
– Она потерялась.
Дяденька нахмурился.
– Какой вздор! Мамы не могут теряться. – Он снова посмотрел на лицо женщины, обнимавшей девочку за плечо, и потом мотнул головой. – Нет. Не видал я твоей мамы. Ты вот что, иди-ка домой. А такими делами пусть взрослые занимаются. Кто у тебя еще есть, кроме мамы?
Девочка подумала.
– Бабушка.
– Ну вот, пусть бабушка и ищет. В милицию еще обратиться надо. Как давно твоя мама пропала?
Девочка снова подумала. Потом подняла руки и посмотрела на пальцы. Но как показать "год", не знала. В этот момент к дяденьке подошла молодая девушка, они поцеловались и ушли в обнимку.
Когда начался дождик, девочка была уже в другой части города. Она показывала фотографию постовому милиционеру, который стоял на перекрестке. Машин почти не ездило, так что он смог уделить ей время. Фото промокло из-за капель, падавших с неба. Дяденька милиционер, наклонившись, что-то говорил. Потом взял девочку за руку и перевел на другую сторону. Там он снова что-то сказал, угостил ее карамелькой, которую нашел в кармане, и вернулся на место.
А дождик не унимался всё. И девочка зашла в магазин, где в очереди стояли люди. Больше всего тётенек, среди которых и совсем старенькие. Девочка подумала про свою бабушку. Добираться домой придется на автобусе и потом на трамвайчике. Она подошла к очереди и стала показывать фотографию.
К сожалению, никто маму не видал, зато было много мнений.
Как же так? Почему родственники не ищут? Кто оставил ребенка без присмотра? И где папаша?
О своем папе девочка ничего не знала, а про то, что бабушка лежит за занавеской, говорить не хотела. И про дядю с тетей, у которых они живут и которые все время пьют, а иногда щипают ее, тоже решила промолчать.
Когда кончился дождик, она вышла из магазина, и к ней обратилась одна старушка, которая тоже из очереди, но потом ждала на улице.
– Дай-ка глянуть. Кажись, она...
– Мама?
– Ага.
Девочка тотчас отдала ей фото и стала ждать с замершим сердцем. Старушка посмотрела, а потом кивнула.
– Говорю же! Ты вот что, не горюй. Нашлася твоя мама. У меня гостит. Пойдем-ка, а то, родимая, вымокла, небось...
Девочка просияла и с готовностью взяла протянутую руку.
Так старушка повела ее к себе домой.
По пути она объясняла, что с мамой произошла беда – мама заболела и потеряла память, а старушка ее пожалела. С тех пор мама у нее и живет. С кем не бывает!
Когда дяденька в грязном трико ударил ее в первый раз, она ничего не поняла. Лишь услышала хруст внутри головы. Дяденька бил чем-то тяжелым и твердым. Ему было удивительно, почему девочка не упала. Поэтому замахнулся повторно. Всё происходило на кухне у старушки, куда девочка прошла не разуваясь. И лишь после второго удара она подскочила под самый потолок, откуда могла разглядеть всё внизу. А потом полетела куда-то совсем.
Плюхнулась в стенку, деревянную, черную от времени и сырую от дождя. Угодила в самый верхний угол, да и осталась там, возле паутинки.
То было место странное, на амбар похоже. Совсем темно, только дырочки в крыше.
Снаружи каркали птицы. Девочка не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Она даже не умела моргать теперь, хотя всё видела, и глаза привыкли к мраку.
Как она попала сюда? И как высвободиться?
– Мама! – позвала несмело, но голоса своего не услыхала. Тогда закричала: – МАМА!
Опять тишина. Лишь птицы снаружи затихли на момент, а потом снова принялись каркать. Через какое-то время их что-то спугнуло, и они улетели. Можно было услышать, как шуршат перья и бьются крылья о воздух.
– Мама, – снова позвала девочка и заплакала. Но ни слез, ни щипания в глазах, ни всхлипываний.
Потом она увидела ее. Лишь на мгновение показалось.
Мама выходила из подъезда с каким-то дяденькой. Обнимала его, пока они шли. Дяденька нес на руках годовалого ребеночка. Мама была счастлива, они смеялись даже. Картинка скоро померкла, и стало опять темно.
– Мама, – шепнула девочка.
Это было осенью 1972 года.
Почти полвека прошло. Девочка до сих пор там. Она всё пытается оторваться от стены, но у нее не получается. Когда кричит, её не слышно. Да и в лесу, где амбар стоит, почти никто не бывает. Разве что грибники зайдут погреться. Но с тех пор крыша совсем прохудилась. Восстановлению не подлежит.