Люди у нас в основном гордые и самодостаточные. Но иногда, например, машина ломается так, что без помощи её не починить. И не раз такой помощью был я. Надо сказать, что при этом насмотрелся разного и был весьма впечатлён диаметральной противоположностью подходов к делу.
Вот Клизмыч — южного происхождения живчик. Прихожу, как договорено, он хватает словно первые попавшиеся инструменты и мы уже у его авто. Сразу выясняется, что нет коврика на землю положить. Он-то готов на голой земле лежать, но не я. Клизмыч бежит домой, приносит коврик. И вот так за весь день он раз тридцать(!) бегает.
Кстати, почему «Клизмыч»? Про некоторых говорят, что у того «шило в одном месте». А вот у Клизмыча, по народному мнению, там — клизма.
Второй персонаж — Кирка́ (ударение на последнем слоге, иногда его ещё и «Кирика» зовут), северного происхождения гранитный монолит. Прихожу, как договорено, он степенно приглашает выпить чаю, на лавке лежат аккуратно приготовленные с вечера инструменты. Через полчаса споро и неотвратимо чиним его машину. И вдруг — катастрофа! Нет крестовой отвертки. Я, видя изменение настроения Кирки, сам вызываюсь сбегать за отвёрткой.
А для него это, наверное, такое нарушение порядка вещей, что мир запросто может расколоться напополам. Поэтому он берёт гвоздь-сотку, болгарку, напильник и ювелирным образом изготовляет самодельную крестовую отвёртку. Мир спасён!
Откуда такая разница между Клизмычем и Кирко́й? У меня есть следующая гипотеза — северный человек обязан досконально продумывать свои шаги. Потому что той же зимой, пробившись куда-то по делу через сугробы, обратно из-за упущенного пустяка каждый раз возвращаться — слишком накладно для жизни. Только южанин может себе позволить бестолковую суету. Которой так много в организации российской жизни.
На этом пока всё!