Однажды в этот день я оказался в тире...
У нас с Куртом Кобейном один любимый вид спорта — стрельба.
Ну, а 23 февраля сам бог велел.
Я выбрал германский пистолет, итальянскую винтовку и бельгийский автомат.
Пока проходил инструкцию, откуда-то доносился приглушённый звук перфоратора — типичная ремонтная долбёжка.
Инструктор дал советы, велел без глупостей и внимательно посмотрел мне в глаза.
Перфоратор смолк, мы вошли.
Один сотрудник сметал с пола горы гильз, второй волок ящик с патронами. На стойке стоял ручной пулемёт, перед ним двое.
— Как отдача, брат? — спросил один у другого.
— Да как-то не очень, — последовал унылый ответ.
Вот тебе и перфоратор.
Стрельба — не дешёвое удовольствие, я взял всего пятнадцать патронов.
Пока я сменил пистолет, винтовку и автомат, насладившись своими пятнадцатью выстрелами, мой сосед непрерывно долбил из ручного пулемёта.
Я уходил, он продолжал долбить.
Грохот оглушительный даже через наушники.
Оглушительный и не приносящий результата.
Давно я не видел более монотонного способа просадить деньги.
И ведь с войной всегда так.
Думаешь, о круто, ща постреляем, задор, движуха, прочь рутина, да здравствует доблесть.
Но очень быстро всё скукоживается.
После первых выстрелов понимаешь, что уже достаточно, уже всё понятно, но мощности запущены, деньги заплачены, патроны приобретены, не выбрасывать же, и вот люди, долбят друг друга, не понимая зачем начали.
В других сферах жизни то же самое:
любовница за любовницей,
селфи за селфи,
книга за книгой.
И всё на одной ноте.
Знайте меру, дорогие любители долбёжки и, в частности, стрельбы. Из-за ваших неадекватных аппетитов мы, во-первых, погибаем, во-вторых, беднеем, а в-третьих, нам скучно.
С праздником.