Смерть небрежно села по ту сторону столика в макдаке, я вздрогнул. Осторожно протёр кулаком, сначала левый глаз, потом правый и мотнул головой. Смерть осталась на месте, с интересом облокотившись о столик и подперев подбородок рукой. — Я что... умер? — дрожащим голосом спросил я. — Ага. —устало ответила смерть. — Но мне же только двадцать! — Агась. — Нет, этого же просто не может быть! Голос у Смерти мягкий и совершенно человеческий, несмотря на белый череп без намёка на плоть. Она... он... оно, красноречиво перевело взгляд пустых глазниц на пол у моих ног. Там скорчился другой я, лицо перекошено в лютую гримасу боли, а ладонь впилась в левую сторону груди. К телу в беге застыла девушка в красной форме работника, до этого стоявшая за кассой. — От чего я... умер? — В. О. С. — Чего? — Внезапная остановка сердца, прости, привычка сокращать... ха-ха, занятный каламбур вышел. — Но как? Я же молод! Смерть развела руками и посмотрела, как на идиота. — Ты в макдаке по шесть раз на дню жрал. А