Министр здравоохранения Вероника Скворцова во время полета в Ташкент оказала неотложную медицинскую помощь одной из пассажирок. Мне эта новость показалась любопытной по двум причинам.
Во-первых, Вероника Скворцова не забыла врачебные навыки, несмотря на довольно долгую работу чиновником. Это приятно.
Надо сказать, главе минздрава прямо-таки везет на подобные нештатные ситуации.
В 2013 году во время ее доклада на заседании правительства сотрудник ФСО вдруг побледнел и упал в обморок. Кто-то побежал искать врача, кто-то стал вызывать «скорую». Министр немедленно прервала доклад и прошла к пациенту, попросив расступиться и не мешать ей. Чуть позже, когда приехала неотложка, Вероника Скворцова сориентировала врача, и мужчину немедленно госпитализировали в неврологическое отделение ЦКБ.
Министр отказалась комментировать происшедшее обступившим ее журналистам, сказав лишь, что оказала помощь, потому что знала, как это делается.
— Это моя основная специальность. Я нейрореаниматолог, — уточнила министр.
В 2016 году в первые минуты после взлета стало плохо пассажирке рейса Москва — Нью-Йорк. В этом же самолете оказалась Вероника Скворцова, которая вместе с делегацией направлялась на специальное совещание на полях Генассамблеи ООН. Вот что рассказала она сама:
— Женщина 47 лет находилась в бессознательном состоянии с признаками очагового поражения мозга, нитевидным пульсом, неопределяемым артериальным давлением. Ситуация была оценена как резкое ухудшение мозгового обращения на фоне системных изменений в гемодинамике. К счастью, у нас оказались с собой лекарственные препараты, нейропротекторы, которые позволили в течение получаса стабилизировать состояние больной и вывести ее из бессознательного состояния.
Самолет экстренно сел в Пулково. В аэропорту рейс встречала бригада медиков и реанимобиль.
А вот в сегодняшнем инциденте Вероника Скворцова выступала уже не как нейрореаниматолог, а как врач общей практики. И этот момент, признаться, меня смущает. А вдруг у женщины был аппендицит? Его и практикующие доктора определяют не всегда, а уж неврологи точно могут ошибиться.
Но, думаю, в делегации минздрава были врачи разных специальностей, так что верный диагноз они поставить все же сумели. Обезболивающие таблетки из аптечки министра, о которых говорится в сообщении, просто купировали приступ.
В общем, не знаю, какой Вероника Скворцова министр (говорят, неплохой). Но то, что в чрезвычайных ситуациях она мгновенно сбрасывает с себя чиновничий мундир и облачается в белый халат, согласитесь, характеризует ее позитивно.
Во-вторых, меня порадовало, что делегация министерства летела не чартером, как это происходило еще недавно, а обычным рейсом. Чартером, безусловно, удобнее, поскольку во время таких перелетов чиновники не музыку слушают и не кино смотрят (такое возможно только на обратном пути), а продолжают работать с бумагами, которые готовятся для предстоящих переговоров, и довольно активно перемещаются. Поскольку все, кто должен их читать и визировать, находятся здесь же, в одном салоне.
Как правило, такие борты оплачивались не из госбюджета, а компаниями, которые всегда рады услужить ведомствам. В случае с минздравом это могли быть, например, очень богатые фармацевтические фирмы или фирмы, которые продают нам диагностическое оборудование.
Обращаю ваше внимание: я ни на кого не указываю пальцем, а лишь предполагаю.
По всей вероятности эти странные взаимоотношения, отдаленно напоминающие коррупцию (как таковой коррупции нет, поскольку все происходило официально, а из желающих что-нибудь оплатить министерствам всегда стояла очередь), в какой-то момент решили прекратить. И чиновники федеральных ведомств теперь по одежке протягивают ножки — пересели на регулярные рейсы.
Что меня, например, радует.
Признаюсь честно, во время перелета всего лишь один или два раза я слышал, как приглашали доктора к пассажиру. И ничего страшного не происходило, экстренной посадки не требовалось. Но, может, у меня не очень богатый опыт. Неужели это такое частое явление?