оме того, никто не интересовался числом погибших. Историк Узбек Батрай пишет, что в 60-х годах в Турцию эмигрировало более 400 тысяч, а до этого времени — 236 718 человек. Их перевозили на турецких и российских кораблях и высаживали в различных портовых городах — Самсуне, Трапезунде, Синопе, Варне, Измире, Измите, Стамбуле, Искендероне, Латакии, Хайфе и др. ... Турецкие исследователи по политическим мотивам стараются приуменьшить численность переселенцев в прошлом веке в Турции. Турецкий чиновник Салахаддин-бей, приводивший официальную статистику о «черкесах-переселенцах», определил их численность в 1867 г. в 59 500 человек. Такую же цифру (от 50 до 60 тысяч) давали почти все турецкие и часть европейских исследователей тех лет. В энциклопедии Биера Телзмана (1955 г., Т. IV. с. 502) приводится цифра в 66 700 человек, а Ф. Д. Хесирос свидетельствует, что в 1965 г. было 60 тыс. человек, говоривших на «черкесском» (имеется в виду один из кавказских языков). Г. Рощин определяет число «черкесов» в Турции от 45 тыс. до 2 млн. человек. Согласно первой переписи населения Турецкой Республики в 1927 г., в стране проживало 13 648 270 человек, в том числе 100 тысяч «черкесов». А по переписи населения 1935 г. — соответственно 13 899 073 и 91 973 человек. Таким образом, численность переселенцев, если судить по официальным источникам, явно националистически тенденциозным, уменьшалась (по переписи 1940 г. — 81 тыс., 1960 г. — 65 тыс., а в 1965 г. — уже 48 тыс.). На самом деле, процессы ассимиляции не могли происходить столь стремительно. По результатам переписи населения 1980 г., в самой Турции только турки (не считая проживавших в других странах) составляли 40 млн. Это значит, что по сравнению с переписью 1927 г. их число возросло почти втрое. Стало быть, при благоприятных условиях численность «черкесов» с 1927 по 1980 г. также должна была возрасти хотя бы до 300 тыс. (если не принимать во внимание фактор ассимиляции). Точно установить численность национальных меньшинств Турции невозможно, поскольку во всех переписях населения фигурировал вопрос только о родном языке опрашиваемых. Официальные отчеты дают лишь приблизительное представление о национальном составе населения (см. табл. 1). Как видно из приведенных в табл. 1 данных, численность национальных меньшинств «прыгала» от переписи к переписи, тогда как общий рост населения страны являл последовательную и стабильную тенденцию. Приведенные цифры, следовательно, показывают, с одной стороны, дефекты переписей, а с другой, — картину ассимиляции нетурецких народов в Турции, шовинистическое стремление правящих кругов игнорировать наличие национального вопроса в стране путем целенаправленного умаления истинной численности национальных меньшинств. Перепись населения 1960 г. по своим данным несколько отличалась от других. В ней указывались не только лица, для которых турецкий язык не был родным, но и лица, считавшие нетурецкий язык для себя вторым, то есть преимущественно те представители национальных меньшинств, которые в основном пользуются турецким.В число «других» входят лица, владеющие западными, славянскими и прочими языками, носители которых в своей массе — не коренные жители настоящего места проживания. Несомненно, что приведенные официальные данные позволяют существенно дополнить численность национальных меньшинств в Турции. Что касается переписи населения по языковой принадлежности, то в Турции из северокавказских языков выделялись две группы — абазинская и черкесская. По переписи 1960 г., говорящих преимущественно на абазинском языке было 4689, остальных черкесов — 63 137 человек, причем владеющих абазинским как вторым языком — 7910, черкесским — 65 008. Как отмечалось, «турецкие чиновники, проводившие перепись населения (в основном это были учителя), часто были недовольны, когда черкес отвечал, что его родным языком является черкесский, но так как опрашиваемый черкес отвечал на турецком языке, то они писали, что турецкий — его родной, а черкесский — второй язык. Если же черкес настаивал, что его родной язык — черкесский, то чиновники вынуждены были писать в анкете, что его родной язык именно черкесский». Во время переписи населения в 1970 г. в ряде пригородных районов Анкары, где проживают многие «черкесские переселенцы», появились турецкие чиновники. Городской Черкесский центр культуры предупредил местных жителей, чтобы они были более внимательны, когда отвечают на вопрос о родном языке. Однако многие переписчики вообще не появлялись в их домах, и таким образом, некоторое число «черкесов» не было учтено во время переписи . О численности «черкесских переселенцев» в пределах Османской империи писали многие исследователи. В энциклопедии Брокгауза, например (t. XIX, с. 129), указано, что в Турции проживало до 58 тыс. переселенцев с Северного Кавказа. В той же книге энциклопедии (t. XIX, с. 79) читаем, что за пределами Северного Кавказа проживало 1,5 млн. переселенцев. Исследователь Узбек Батрай по этому поводу ставит вопрос: «Если они («черкесы». — Ф.Б.) не в Османской империи, то где они могли быть?» . Историк Н.Берзедж приводит данные Э. Убинского, изучавшего миграции народов Османской империи о том, что в 1864 г. численность переселенцев с Северного Кавказа достигла 700 тыс., а в 1866 — 1 млн. человек. Другой исследователь проблемы, Пянкони, считает, что только с 1858 по 1866 г. по Черному морю в Турцию переселились около 493 тыс. человек. Профессор Кемар Карбат, опираясь на османские архивные документы и другие источники, сообщает, что с 1859 по 1879 г. в империи насчитывалось до 1,4 млн. «переселенцев-черкесов». Ссылаясь на документы болгарского архива, С. Фобишевский пишет, что на западном побережье Черного моря в Болгарии и Румынии проживало 175 тыс. черкесов-переселенцев. Черкесский историк Нух аль-Мартуки, современник трагедии, пишет, что на всем Северном Кавказе осталось только 500 тысяч человек, а до «великого переселения» там насчитывалось 3 млн. разных северокавказских национальностей. А. Убичини и П. де-Куртейль сообщают, что в 60-х годах XIX в. было 1 млн. переселенцев с Северного Кавказа. Это мнение разделяет и современный российский историк Т. Кокиев. По данным турецкой энциклопедии ислама, в Турции насчитывалось 1,5 млн. «черкесских» эмигрантов. Таких же данных придерживался турецкий исследователь черкес Рахми Тупа. По мнению абхазского просветителя С. Басария, общее число «черкесских переселенцев» достигало 2 млн.. Исследователь Султан Давлет-Гирей приводит свои сведения: с 1816 по 1910 г. всего с Кавказа в Османскую империю перебралось 3 097 949 человек, или 61 974 двора. К 1910 г. «черкесов», проживавших на территории империи, насчитывалось 2 750 000. Если подытожить все эти мнения, то можно сделать вывод, что в пределы Османской империи переселилось около двух миллионов человек разных национальностей Северного Кавказа. Этот вопрос остается открытым и требует дополнительного изучения. Захват Западного Кавказа для царизма был очень выгоден как с военно-стратегической, так и с экономической точки зрения. В то же время в ходе боевых действий были уничтожены пашни, сады, дома, водопроводы и т.д. Новые люди, пришедшие на эти богатые земли, — русские, армяне, греки и другие — далеко не сразу смогли наладить хозяйство, привыкнуть к чужой для них земле и незнакомому климату. Что касается переселенцев в Турцию, — а это в массе своей крестьяне, — то в чуждой для них обстановке им потребовалось еще больше времени на обустройство, что и сказывается на их материальном положении до сих пор. Понадобились десятилетия для того, чтобы перестать бедствовать, по-настоящему освоиться на новом месте и наладить мало-мальски нормальное, доходное хозяйство.