* АРХИВ БП *
Дмитрий Масленников (ДБ). Снег после обеда // Бельские просторы. – 2014. – № 9. – С. 3–7.
Дмитрий Борисович Масленников (ДБ) (1969-2017) родился в г. Елабуге ТатАССР, окончил СШ № 1 в г. Магадане и филологический факультет Башгоспединститута. Автор пяти поэтических сборников, руководитель ЛИТО «Тысячелистник», кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка, ученый секретарь ученого совета БГПУ им. М. Акмуллы. Член Союза писателей РБ и РФ.
Дмитрий Масленников (ДБ)
Снег после обеда
* * *
Вот он – хлещет дождь, но я достаточно пьян,
Чтобы выйти сейчас во двор.
И фонарь, подслеповатый, как Фани Каплан,
Стреляет мне в спину в упор.
И это марево зданий, и нет оправданий,
И я от себя устал…
Но я тот, кто есть, я тот, кем стал,
Я – лишь слова слабая сталь…
И ты будешь шептать, что не надо истин,
Тем более – прописных.
Но из почек деревьев пробиваются листья,
И куда же нам деться от них?!
И я трезвее, чем слёзы деревьев,
Тем паче что это – смола…
Но не я ли первым сгорю в котлах,
Рассказывая слова?
Исповедимы пути, и ты скажешь: «Иди,
Куда Он тебя зовёт…»
И я буду искать, но там – впереди –
Твоих губ окажется лёд.
Так завари мне кофе, и на горле шарф
Затяни своею рукой…
Ведь на своей Голгофе я червь и тварь…
А человек – только рядом с тобой…
…Только рядом с тобой
Бог и есть любовь….
* * *
Веришь, нельзя плакать искусственно,
Всё зная заранее...
Знаешь, научи меня плакать под музыку
Твоего раздевания?
Знаешь, научи рыдать меня в такт
Твоему обнажению...
Веришь, я созвездие Гончих собак
Целовал в лохматые шеи...
Веришь, с молоком Млечного Пути
Я становлюсь грубым:
Знаешь, научи меня обрести
Твои голые тёплые губы!
Знаешь, а потом я разревусь истошно,
Но... украдкой...
Веришь, в далёком созвездии Гончих кошек
Мне шепнут: «Мяу... Всё в порядке!»
* * *
В неё был влюблён до одури, но за другими ухлёстывал...
Другим – вечера со свечами, а ей – лишь волос седых...
...Ты знаешь, когда мы смотрим на эти мёртвые звёзды,
Мы часто не замечаем, что топчем живые цветы...
* * *
Я пространство делил на четыре
И на десять любовь умножал.
Тучи звезды у полночи тырили:
За окном кувыркалась гроза.
И, как старый бобыль скособоченный,
Если в профиль – алкаш алкашом,
Новый месяц сидел у обочины,
Улыбаясь мне нехорошо…
Утонченно и точно настойчиво,
Разменяв за столами талант,
Я делил на троих троеточия,
Двоеточия – напополам.
Тополя умоляли повеситься…
Я дождался дождя-дурака…
Он-то знает, кто этому месяцу
Прошлой ночью наставил рога…
Деревенский вальс
«…Снова между нами города…»
Рассветным чихом утро будьздорово,
А за оконцем ботала бряк-бряк:
Загадочные дойные коровы
Идут в луга, танцуя краковяк…
От алкоголя Спас меня не спас,
Я в день вплываю, суетный, как нате…
И… Светит незнакомый Волопас,
Как памятник доярке бабе Наде…
* * *
Что-то с всплеском во мне сломалось,
И без тайны стихов я, бес,
Облетаю стаи небес
СтихорОсчеркнутого масштаба…
И взлетЯми хлестать устАля
МимопАдающих лебедят,
Я крестил всё окрест себя
ГрустАми, устАлями, крылустАми…
* * *
Чтоб душа не покрылась коростою,
Надо быть добрее, и я это знаю,
Потому живу, будьздоровствуя,
Спасибогствуя, пожалуйствовая…
* * *
Я был пацан… Мне русским языком
Вещали о Евпатье Коловрате,
Который со своей дружиной, брате,
Жизнь положил за свет родных икон…
Взрослел и узнавал я мужиком,
Что жизнь какой-то пуповинной связью
Записана старославянской вязью,
Как будто бы я с пращуром знаком…
И я не молод… Вот он – в горле ком
О поколенье, что – без языка ли? –
Своих отцов распродаёт медали,
Смеясь, без заморочек, так легко…
Я говорю и прозой и стихом
На языке, который мной владеет,
И, если он ко мне не охладеет,
Я изъясняюсь Русским Языком…
* * *
Я написал палкою на снегу:
«Я без тебя жить не могу!»
Но ты смеялась, читая,
И снег растаял.
Как всегда…
Я написал мелом на кирпичной стене:
«Я без тебя – ничто, иди ко мне!»
Но ты, читая, смеялась,
И стена распалась.
Как всегда…
Я написал в тетрадке карандашом:
«Иди ко мне, нам вдвоём хорошо!»
А ты смеялась: «Вряд ли…»
И я сжег тетрадку.
Как всегда…
И я на венах лезвием написал:
«Иди ко мне! Я без тебя устал!»
А ты, улыбаясь, говорила: «Good,
Я выше пореза наложила жгут…»
Как всегда…
И тогда я на Солнце выжег: «Люблю!» –
И отослал эсэмэской с пометой for you,
А ты улыбалась… И не комильфо,
Потому что выключила телефон.
Как всегда…
* * *
Долгими зимними ночами
Спать ложатся необычайно рано.
Я нелюбовью твоей отчаян,
Некрепкой, как вода из крана…
И если я, бессонницей мучаясь,
Руку протяну, а тебя – нет,
Такая жуткая невезуха…
А знаешь, как холодно одному встречать рассвет?!
Тебя нет и нет… Нет и нет… Нет и…
* * *
Когда-нибудь ты подытожишь
Твоей ко мне любви отрезок:
На чашу левую положишь
Моих ис-чат-ье эсэмэсок,
На чашу правую – тревоги
И пьяный раж моих истерик…
Но вспомни: все свои дороги
Я начинал с твоей постели…
Когда-нибудь он рассмеётся
Тебе в лицо и скажет: «Вот как?!»
И в чашу левую польется
Из Duty free коньяк и водка…
«Вам муж – ненужная оправа,
Вы – побережья королева!» –
Так будет мальчик в кресле справа
Тебя опять тянуть налево…
Когда-нибудь я стану старше,
И, может, даже постарею.
Вот только куртка будет та же,
А вот улыбка станет злее,
Её переведёт на мрамор
Нетрезвый резчик дядя Сева…
Ведь ангел мой – он спит за правым,
А искуситель – здесь – за левым…
* * *
Вот и замёрзло всё: и отморожена льдинка
И народу, и городу, и открыто, и тайно...
А ты вдруг засмеялась: «Ну, поцелуй меня, Димка!»...
...И моё сердце слезами за очками растаяло...
* * *
...С обеда шёл снег. Он падал большими пушистыми хлопьями. «Смотри, Никита! Первый снег», – позвал я внука к окну. Он подошёл, долго смотрел, а потом сказал печально: «Нет, дед, это не снег, это просто дождик надел пушистые варежки…»