Есть в мире непреходящие ценности. Взять хоть скамейки. Я их, например, очень люблю. У нас, типа, долгие добросердечные отношения. И дело даже не в том, что я хожу много. Все ходят. Чего тут уметь — ставь одну ногу наперед другой, вот и вся наука. Просто с лавочками меня связывают приятные душевные состояния. Я на них водочку пил, целовался, спал, когда на улице жил, перекусывал шаурмой и прочими деликатесами. А еще они твердые. Мне вообще нравится твердое. Я на нем сплю, локти ставлю, даже тело собственное стараюсь потвёрже сделать. Потому что твердое — оно не мягкое, на него опереться можно.
Но, конечно, скамейка скамейке — рознь. Здесь, как и у всего в мире, имеется свой почин и своя иерархия. Если, к примеру, ты много прошел и выбился из сил, то сидеть лучше в сквере у Оперного. Во-первых, там лавочки со спинками. Да не прямыми, а изогнутыми, как крутое женское бедро. Не сидение, а сплошной эротизм. Спина не нарадуется. А много она в жизни хорошего видела? То мешок с мукой на ней лежит, елозит, то падла какая заточку норовит воткнуть, то, я извиняюсь, чешется строго посередине, что и рукой не достать. А тут, значит, изгиб, рифлёность, умиротворение. Во-вторых, люди нарядные вокруг. Или гуляют или на спектакль спешат, или уже из Оперного. А на лицах-то чего только нет! Кто возвышенными чувствами перепачкан, как дети мороженкой, кто предвкушает, глядит куда-то вдаль, разве что губами не чмокает, а девушка и вовсе задумалась глубоко: то на месте замрет, то снова пойдет, то прядку за ухо заведет, то головой тряхнет. Ровно оленёнок потерянный.
Понаблюдаешь вот так и можно дальше идти, потому что и спина отдохнула и душа отряхнулась. Если же ты не шибко устал, а хочешь полюбоваться на женский пол и почувствовать себя особенным — шагай на Компрос. Во-первых, там липы. А липы, они лучше берез. В их присутствии не обязательно плакать хмельными слезами в косоворотку. Что сказать — европейское дерево. Во-вторых, барышни курсируют. При этом ходят они тут с нужной скоростью: полюбоваться успеваешь, а в мыслях распоясаться — нет. В-третьих — остров. Рядом машины свищут, суетятся "деловые огурцы", а ты, значит, сидишь этаким Маркузе, и никуда не спешишь. Приятно, черт возьми! Выделяет из общей массы. Ну и кофейни, конечно, под боком. А кофе — это не чай. Западная культура. Понимать надо.
Третье место, где сиживать хорошо — университет. ПГУ, если по-простому. Во-первых, там фонтанчик. Вода — это завсегда приятно. По крайней мере, рожу можно умыть. Да и где ты еще послушаешь, как она журчит, кроме крана? Во-вторых, студенчество. Молодёжь! За ней наблюдать очень душеспасительно, когда, к примеру, одиноко или семь зубов во рту осталось. Наслушаешься разговоров и как-то легчает. Понимаешь вдруг, что жизнь и после тебя будет на Земле клокотать. Закроют ли, убьют, а фонтанчик все равно будет журчать, а студентики вокруг сидеть, беседовать. В-третьих, вокзал недалеко. Его близость помогает как-то достоверней мечтать о путешествиях. Да и до Пролетарки всего десять минут хода, если на электричке.