Пускай на совести советских дипломатов останется достоверность рассказа про то, как в 1945 году на Ялтинской конференции во время переговоров Рузвельт черкнул в блокноте несколько слов и передал записку Черчиллю. Тот прочёл, раскурил сигару и заодно сжёг клочок бумаги в пепельнице.
Ответная записка, которую Черчилль отправил Рузвельту, уцелела — американский президент просто бросил скомканный листок в пепельницу...
...откуда его извлекли бдительные сотрудники НКВД. Записка Черчилля гласила: "Старый орёл не вылетит из гнезда".
Охрана тут же смекнула: на товарища Сталина готовится покушение! Стали проверять, как положено, — не цитата ли. Интернет-поиска ещё не было, поэтому тряхнули по лагерям литературоведов. Оказалось — не цитата. Отпали последние сомнения: покушение в самом деле готовится. Код ясен: гнездо — Ливадийский дворец недалеко от знаменитого Ласточкина гнезда, а старый орёл — Отец Народов, которому западные партнёры припоминали порой грузинское происхождение.
Охрану заменили полностью и привели в повышенную боеготовность. Всё кругом проверили-перепроверили. Кое-кого по-быстрому репрессировали. Передвижения старого орла ограничили до минимума, маршруты зачистили, и так далее. В результате Ялтинская конференция прошла, памятные всем исторические договорённости были достигнуты, и союзники разъехались по домам.
Много лет спустя советский переводчик, работавший на конференции в Ялте, имел удовольствие общаться с Черчиллем и упомянул о раскрытом заговоре — вот, мол, как наши тогда вас переиграли! Черчилль очень удивился: о чём вообще речь? Переводчик напомнил про обмен записками.
— Было такое, — согласился Черчилль. — Рузвельт написал, что у меня расстёгнута ширинка. А я его успокоил: старый орёл не вылетит из гнезда.
