Выделяют четырехчастный процесс, которому следует любое озарение, будь то принцип, научное открытие, духовное преображение и т.д. На протяжении всего этого процесса вплоть до его остановки, за которой следует само откровение, мысль доминирует. Период сбора информации может длиться годами, и мысль должна постоянно определять выбор этой информации. Выбор этот критически важен, поскольку конечный продукт (а получаемое целое всегда важнее, чем простая сумма вещей, его составивших), как бы там ни было, определяется природой его составных частей. Даже интенсивность нашей целеустремленности, определяемая нашей волей и нашей силой, вращается вокруг мысли. И когда собранный материал исследования «принимается» и обретает свое завершение, происходит это через посредничество мысли, и именно мысль эта должна воспринять полученный результат. Человек должен служить правде, данной ему в откровении, переводя ее на язык повседневной реальности, и тогда мысль выступает инструментом этого служения.
Перед тем как мысль замрет, давая возможность откровению-озарению появиться, должна быть проделана огромная мыслительная работа. Замирание мысли само по себе необязательно заканчивается получением откровения. Один врач-терапевт разработал систему для снятия стресса, которая включала в себя полное мышечное расслабление. Научиться этой системе было трудно, но те, кто в ней преуспел, обнаруживали, что находясь в полностью расслабленном состоянии, они не могут мыслить. (Это объясняется тем, что обычное мышление вербально, изначально слова образуются мышечным усилием, и на первичном уровне связь между работой мышц и словами не разрывается никогда.) Однако замирание их мысли не возвещало о явлении откровения, поскольку созидание отвечает только на продукт ее работы.
Исключение, когда отсутствует подготовительный этап, можно найти в случаях озарения, ниспосланного свыше, или эффекта благодати, которая дается абсолютно свободно и не всегда заслуженно. Но даже здесь можно найти связующую нить. Раздробленная система всегда стремится к целостности, так же как новорожденный младенец всегда ищет необходимого ему отклика и готов его получить.
Несомненно, роль мысли должна быть полностью оценена, чтобы мы не потеряли из виду необходимость обучения и развития нашего мышления. Частично сила сиддха-медитации заключается в трехчастной конструкции. Она дает нам дар, озарение, которое, обладая для этого силой, способно переключить наши установки и открыть нас для восприятия и осознания новых озарений; она дает нам инструкции и настаивает иа том, чтобы учились, потому что обучение укрепляет наши новые установки, организуя наше мышление, и она обучает нас медитации, которая настраивает нашу систему на холономный порядок и поддерживает эти настройки.
Удовлетворительный ответ на вопрос о смыслах, которого так часто нам не хватает, можно найти в сиддха-йоге, поскольку в нее встроена трехчастная конструкция жизни: мысль, являющаяся обычным эго; сознание, которое есть шакти внутри нас, а также гуру вовне, дающий нам модель, связующую силу, из которой проистекает наша жизнь и которая удерживает все сущее вместе, и озарение-интеллект - истинное «я», вся совокупность существования.
Человек, живущий духовной жизнью, ничуть не напоминает унылый, обреченный призрак не от мира сего. Духовная жизнь - это интеграция личности с мышлением, отдохновение, которую дает сила сознания, открытость к озарению-интеллекту.
Поэтому ответ для нашего охваченного тревожностью, искалеченного мышления следующий: не пытаться сбежать из этого мира или закрыться в нем, но увидеть то, чем он реально является, вкладываться в наше новое видение и быть тем, кем мы созданы. Единственный способ быть тем, кем мы созданы, - попасть внутрь творческого действия, которое мгновением за мгновением разворачивается в нашей вселенной, настроиться на него. И тогда наше мышление, личность и жизнь будут опираться на силу мироздания.