Моя корабельная эпопея, включая вынужденный отпуск, длилась почти год. Перед тем, как отправиться домой, я сообщила руководству, что уже не вернусь, и на уговоры супервайзеров передумать не поддалась. Дело было не в том, что я возненавидела работу на корабле; я просто потеряла к ней интерес. К тому же, долго оставаться в сфере услуг могут только люди с определенным складом характера. Тот факт, что я никогда не была конфликтным человеком, не означал, что я могла всем угодить. Если ты хочешь зарабатывать на корабле много, ты должен выкладываться на все сто процентов. Как правило, это происходит, когда у тебя нет другого выбора. Мои коллеги из стран с тяжелой экономической ситуацией работали на круизных лайнерах по десять-пятнадцать лет и дорожили каждым контрактом.
В последний месяц моего пребывания на корабле я с особым удовольствием выходила погулять. Пора было покупать подарки родным и друзьям. Как и все работники, я старалась быть экономной в начале и середине контракта, но в конце разгулялась. И все-таки я не была такой расточительной как некоторые мои приятели. Девушки разбирали сумки Michael Kors и Fendi на корабельных распродажах, а мужчины охотились за часами Tissot. Я, к своему прискорбию, в брендах не разбиралась никогда в жизни, и мне было очень жалко тратить деньги даже на дизайнерскую сумку за полцены. Однако, раз уж я оказалась в Штатах, было грех этим не воспользоваться. Мой гардероб обновился практически полностью.
Работники корабля редко вылезают из униформы, да и к строгим прическам привыкают быстро. Однако такой облик настолько обезличенный, что порой не узнаешь себя в зеркале. Самый подходящий тест, позволяющий убедиться, что не все потеряно, — выйти в каком-нибудь порту и пройтись по набережной. Наши фотографы всегда слоняются рядом с кораблем и вылавливают пассажиров. Услышишь фразу «Не желаете ли сфотографироваться, мисс?» и радуешься. Если тебя приняли за пассажирку, ты еще ого-го, и месяцы тяжелой работы не наложили неизгладимый отпечаток на твою внешность.
А вот тащить домой набитые всяким барахлом чемоданы было не так приятно.
Я распрощалась с коронованным якорем и больше никогда всерьез не задумывалась о возвращении на корабль. За два моих контракта я увидела много разных людей из всех уголков планеты, заработала немного денег, много и усердно трудилась, путешествовала. Ну и самое главное: я смогла. Это было то еще испытание, вызов самой себе, жалкой интровертке, и я справилась. Я вернулась с солнечных карибских островов в слякотную Россию (дело было в ноябре), прошла адаптацию к московскому часовому поясу и адскую акклиматизацию, решила найти спокойную офисную работу и больше не пускаться в подобные авантюры.
К несчастью, я как Гулливер в финале его рассказа о стране великанов не смогла долго оставаться на месте. Уже через полгода я отправилась в новое путешествие, которое оказалось еще более унылым, чем предыдущее.