В Петрограде в начале 20-х годов, как и в Москве, действовало много актерских школ. Одна из них называлась необычно — ФЭКС, что значит Фабрика эксцентрического актера, комедийного, одним словом. Но почему именно «фабрика», а не школа, студия, как раньше было, до революции? Да потому, что очень хотелось использовать новое слово и всем показать, что актеры, как и рабочие, тоже связаны с производством — они в недалеком времени будут делать фильмы!
Фабрика эта размещалась на Невском проспекте, в магазине бывшего купца Елисеева. Перед входом висел плакатик для тех, кто собирался здесь учиться, с красноречивыми словами американского писателя Марка Твена: «Лучше быть молодым щенком, чем старой райской птицей!» Это было смешно, но дух поднимало. И молодежь потянулась в новую школу.
Руководили ею два совсем молодых человека — Григорий Козинцев и Леонид Трауберг. Им не было и двадцати лет, зато они были очень уверены в себе.
Леонид Трауберг рассказывал ученикам об искусстве, а Григорий Козинцев занимался с ними различными упражнениями на большом ковре, который стелили прямо на полу магазина. Акробатические номера перемежались с занятиями фехтованием и боксом. Случалось, что кому-то разбивали носы и текла кровь. Ну и что! «Актеры должны уметь делать все!» — говорили им. И каждый старался изо всех сил, чтобы показать, на что он способен.
Старые приемы игры молодые отрицали, их привлекал больше цирк и балаган, где публику можно было чем-то удивить и ошарашить. И специфику немого кино они понимали довольно своеобразно: актеры не разговаривали, а беззвучно шевелили губами. Считалось, что поскольку кино все равно немое, то, произнося вслух фразу, актер как бы обкрадывает самого себя. В общем, тут, у фэксов воспитывали нового актера — актера внешней формы, владеющего ярким, выразительным жестом и точной мимикой.
А на сцену фэксам выйти все же пришлось. Однако их первый спектакль, поставленный по Гоголю (осовремененная «Женитьба») и первый фильм под названием «Похождения Октябрины» с треском провалились.
К чести молодых нужно сказать, что они умели делать выводы из своих поражений. Каждый следующий фильм свидетельствовал о росте мастерства. В 30-е годы Козинцевым и Траубергом была создана знаменитая трилогия о Максиме, рассказывающая о простом пареньке с рабочей окраины. В трех фильмах — «Юность Максима», «Возвращение Максима» и «Выборгская сторона» — зрители увидели, как рос герой, а его песенка «Крутится, вертится шар голубой…» облетела всю страну… Максима сыграл актер Борис Чирков.
Впрочем, фэксы тогда уже перестали быть факсами — они тоже выросли и снимались в самых разных фильмах. Из школы факсов вышли прославленные актеры Елена Кузьмина и Олег Жаков, Павел Соболевский и Янина Жеймо. А актер Сергей Герасимов стал одним из ведущих режиссеров отечественного кино.
Что за кадром
Молодой рабочий Максим с блеском обыгрывает в бильярд самодовольного конторщика, который именует себя «королем» санкт-петербургского бильярда — такая сцена есть в фильме «Возвращение Максима».
Борис Чирков (Максим) и Михаил Жаров (конторщик) как актеры были уже известны и полюбились зрителям. Но ни один, ни другой не умели толком играть в бильярд. А на экране надо показать первоклассную технику! Что делать?
«До начала съемки оставалось еще несколько дней, — вспоминал Борис Чирков, — и нам предложили потренироваться. Приставили к нам опытного учителя-маркера… Утром, как прилежные ученики, приходили мы в свою школу — на киностудию, в ателье, где стоял специально для нас привезенный бильярдный стол.
Покорно усаживались у стены и терпеливо ждали появления своего педагога…
Жорж Гаев, так звали нашего учителя, снисходительно кивал нам головой, осторожно вытаскивал из специального футляра свой кий, натирал его конец красивым зеленым мелком — и урок начинался…
Ах, как он играл! Это был настоящий мастер, художник… Шары, такие неуклюжие у нас, бегали у Гаева, как дрессированные, падали точно именно в те лузы, куда он их направлял…»
А вот его ученики Чирков и Жаров с треском провалились, когда режиссер устроил им экзамен. В конце концов, пришлось прибегнуть к хитрости и в сцене игры на бильярде снять Гаева, причем и за Чиркова, и за Жарова. В кино такое возможно.
Зато Бориса Чиркова однажды остановили зрители и стали умолять показать им пару своих приемчиков. Артисту пришлось сказать, что он вывихнул палец и играть в бильярд не может. Не разочаровывать же поклонников!
Если вам понравился пост, то я буду благодарен вам, если вы поделитесь ссылкой с друзьями в facebook, twitter и других социальных сетях, а так же оставите своё мнение по теме в комментариях.