«Нет более чудовищного занятия, чем одевать мужчину. Кто пробовал — согласится со мной…
Пришло время и я решила — «ладно, один раз… на спор — я убью его первой… или он убьётся сам, от безысходности!» И дабы не тревожить сиестную дрёму продавцов в ТЦ, матюгами и воплями: «Ну куда ты пошёл?! Вернись!» Заказала кучу разного в интернет-лавке. И в назначенный день, прихватив мученика стилевых изысков, поехала в пункт получения. В собственном жилище портить карму, мне не сдалось!
Стопкой на пуфе в примерочной высились пакеты с рубашками, пуловерами, джемперами. Была тройка джинс — от скучной классики до «улёт». И по мелочи — очевидно, без боёв буде приобретено. «Зайцем из цилиндра» скучал спортивного плана молодёжный пинжачок. И куртка замшевая. Две.
Увидев количество того, что при надевании вызовет ожесточённые схватки — однозначно. Муж напрягся видом и посип голосом. Ибо — «отступать некуда, уже Полтава, и шведы бегут…» И, -таки, он был прав! Не для того я копила стаж семейной. Чтобы какой-то мужеский чин одолел меня. И это — в примерочной!
Я нахмурила бровки домиком и сунула в руки предмету страсти первую вещицу. И это было — Бинго! — славный джемперок. Он покрутил «70% хлопок, 30% акрил», весёленький, «с припевом». И тут же вернул мне, со словами: «Дорогая. Можешь меня даже кастрировать. Но я это. Носить не стану!»
«И что так?» — воззрилась я на привереду, — «ты мне оным образом порушишь. Весь гардероб мой. Твой… Тебе — неразумному — царскими мозгами, вкусом и ручками самолично собранный… А над «даже» — я подумаю. Может наконец-то покой душевный обрету!.. Напяливай обновку — не кобенься! Тебе не идёт!»
Он покряхтел, но спорить не обнаглел. Через голову с седоватыми висками, втянул джемпер. И замер. Не осмеливаясь поглядеть в тусклое, с обличающим всё и всех освещением, зеркало. Я крутанула могутные плечи — «влев, вправ» — и цыкнула: «Снимай. Берём!»
Далее, мероприятие ускорилось. Отщепенец погружался в очередную, полученную с напутствиями, предметину. Чуть подканючивая, двигал руками, покачивался торсом, делал plie и tour. Получив и осознав благосклонный кивок, шустро разоблачал члены и вновь вытягивался во фрунт.
Таким «макаром», мы проскочили и пиджак. Кой даже у меня вызывал сомнения. И из курток выбрали самую «горячую». Терракот с оттенком благородной ржавчины. Девки плачут от восторга. И похоти!
Но на последних джинсах — тех самых, что «улёт» — случился затор. Мужчина влез в брючины. И затянув зиппер, на автомате развернулся к зеркалу. Это было ошибкой! Во мгновение ока, охватив всю свою фигуру заскорузлым от «вечной классики» взглядом, он охнул. И гаркнул: «Бестия. Так всё, что я уже намерил. Было таким же…» Словоблуд затих, подыскивая наиболее приличный, но соответствующий моменту, эпитет. Порыскал в вокабуляре и, обретя убедительный дар речи, выдохнул: «Мерзейше модным? И молодёжным?!..»
Зная не понаслышке, вспыльчивость супруга, я сделал три шага назад. Повела восхищённо заинтересованным взором — от русой макушки до подошв дорогих ботинок. И не без намёка шепнула: «Ты — неотразим! И эти. Штаники… Убавляют не только лишние три кг веса. Зима — никого не красит, дорогой!.. Но и — лет семь возраста… Ты, конечно, хорош. Как в семнадцать». Подумала миг и добавила с любовью: «Но. В таком прикиде. Ты хорош — невообразимо!»
Он окаменел. Потом ожил. Затем отвернулся от зеркального детектора физ/пороков. И молвил, смущённо: «Ладно… Возьмём… Эту хренотень… Может и носить буду».
Я уже выходила из примерочной, когда в спину мне пронеслось ласковым ветерком: «Но только. Ради тебя…»
Я не успела увидеть — какое выражение всего было на нём.
Всё-таки, он слишком шустр. В свой небанальный «полтос с хвостиком»!