Тёплым мотивом, навеянным вечностью,
Мир резонирует мой поднебесный.
Ноты, летящие над быстротечностью,
День наполняют спокойный воскресный.
Скальд, в вариациях ветра забывшийся,
Шёпотом мне пропоёт соль-бемоль.
Сердце набатно стучит о несбывшемся.
Речка исполнит скрипичную роль.
Фьорды, как ангельских труб заклинание,
Гулко моля небеса о прощении,
Света столпы поколеблют звучанием.
Космос затих, ждёт судьбы изречение.
Мрачно безмолвие. Сердце заходится,
Мир в беспроглядную тьму погружён.
Но облака в бесконечность расходятся,
Воздух звенит, и эфир напряжён.
Первая нота цветком распускается,
Первый аккорд – мир взрывается светом.
Штормом рапсодия рая врывается,
Тьму прочертила Галлея комета.
"Будь и сияй!" – о том Бога молю я.
"Вечно", – гремит глас высокий божественный.
Ангелов сонм пропоёт "Аллилуйя",
Логос мелодией льётся торжественной.
Юный, чудесный, душою искомый
Мир возникает в слепящем крещендо.
Долго я брёл, в сотнях солнцах от дома
Я улыбаюсь и плачу зачем-то.
Катарсис духа, увы, быстротечен.
И через тысячи огненных лет,
В сердце храня мир, что хрупок, но вечен,
Буду искать тот божественный свет.