Когда вокруг мрак и ужас и каждый день может стать последним, людям как никогда, хочется увидеть хоть маленький лучик светлого и прекрасного. Жители осаждённого Ленинграда, уставшие от холода, голода и бесконечных бомбёжек, искали спасение в искусстве.
До войны город жил насыщенной культурной жизнью, зимой же 1941-1942 гг. занесённые снегом театральные тумбы со старыми афишами смотрелись жутковато. Казалось, что теперь совсем не до развлечений, да и многие актёры ушли на фронт, эвакуировались или погибли.
Но всё-таки творческая жизнь в Ленинграде продолжалась – работали театры им. Ленинского Комсомола, Ленсовета, Комедии и Музыкальной комедии, ТЮЗ, а также оперно-балетная труппа из артистов Кировского (Мариинского) театра и Малого оперного. Играли спектакли из довоенного репертуара и даже готовили премьеры. Так, 12 августа 1941 г. театр Комедии в первый раз показал «Под липами Берлина», а ровно через 2 месяца театр Ленсовета выпустил «Свадебное путешествие».
Более того, во время блокады открылся новый театр! Его так и называли неофициально – Блокадный (официально Городской). Первый спектакль там сыграли 18 октября 1942 г. по пьесе Константина Симонова «Русские люди». Артисты учили роли по вырезкам из газеты «Правда», где было опубликовано произведение. За время блокады этот спектакль показали 60 раз, а меньше, чем через месяц, 5 ноября 1942 г., – выпустили вторую премьеру «Фронт». Потом были ещё «Нашествие», «Жди меня», «Женитьба Белугина», «Олеко Дундич», «Утка и стакан воды», «Наглядное обучение» – если представить, в каких условиях тогда велась работа, то каждый спектакль – подвиг.
Актёр Яневский вспоминал, что однажды во время первого акта начался артобстрел. Поблизости упал снаряд, в зале погас свет, и артистам пришлось доигрывать при свете карманных фонариков зрителей.
Сейчас блокадный театр продолжает работу, только под другим названием – он носит имя знаменитой актрисы В.Ф.Комиссаржевской.
Большой популярностью пользовался у ленинградцев театр Музыкальной комедии – весёлая оперетта помогала измученным людям хоть ненадолго отвлечься от тяжёлой повседневности. Театр работал всю войну, с первого до последнего дня, его посетили больше миллиона зрителей. За время блокады там выпустили 12 премьер – полноценных, как в мирное время: с балетом, хором, оркестром, декорациями. Самая знаменитая – «Раскинулось море широко», о героических моряках Балтфлота и блокадниках. Балтийский флот принял непосредственное участие в подготовке спектакля, предоставив советскую форму и трофейную немецкую.
В день премьеры, 7 ноября 1942 года, фашисты обстреливали подступы к театру, однако занавес поднялся вовремя. Зал был полон – на новый спектакль пришёл почти весь состав Балтийского флота, а билеты на оперетту вручались вместе с орденами.
Это был ценный подарок, ведь раскупались они моментально, очередь занимали с 5 часов утра. С рук, по словам очевидцев, проходку на балкон 3-го яруса продавали за 200 гр. хлеба (при минимальной дневной норме в 125 гр.). Мужество артистов было невероятным. Несмотря на то, что температура в помещении зимой иногда опускалась до минус восьми, они играли в лёгких концертных костюмах.
Актёр Масленников, получив похоронку на третьего, последнего сына, в этот же день смешил зрителей в постановке «Лесная быль». Пока занятые в спектакле были на сцене, остальные гасили фугасные бомбы на крыше, а если кто-то не приходил в театр – это обычно означало, что он умер. Умирали артисты и прямо во время спектаклей.
Когда в зале становилось опасно, зрителей уводили в бомбоубежище, а после отбоя воздушной тревоги спектакль продолжался (иногда такое происходило несколько раз за вечер).
Зинаида Габриэльянц, всю блокаду игравшая в Музкомедии, вспоминала, что однажды, в третьем акте оперетты «Три мушкетёра» после реплики актёра Радошанского (у него была роль Портоса) завыла сирена. Публика и актёры спустились в бомбоубежище, потом спектакль возобновили, затем опять началась тревога, и так 6 раз подряд. На седьмой раз из публики кто-то выкрикнул: «Радошанский, пропусти эту чёртову фразу!». Актёр последовал совету, и спектакль благополучно закончился.
Однако так бывало не всегда. Эта оперетта пользовалась большим успехом у ленинградцев, но фашистские самолёты её тоже «любили» – истории с воздушной тревогой постоянно повторялись. Одна зрительница прислала в театр такое письмо: «Была 4 раза на спектакле «Три мушкетёра», и из-за воздушных тревог не могла досмотреть спектакль до конца. Будьте добры, напишите, чем всё-таки кончается этот спектакль».
18 января 1943 года вновь играли «Трёх мушкетёров» и вновь артисты вынуждены были прервать выступление. Но только на этот раз не из-за воздушной тревоги – узнали, что блокада прорвана! И зрители, и актёры в сценических костюмах выбежали на площадь. Радовались и плакали одновременно.
К тем, кто не мог прийти в театр, театр приходил сам. Ленинградские артисты ездили на фронт, в военные части и госпитали, на заводы и боевые корабли, выступая иногда по два-три раза в день. Часто их доставляли к месту гастролей под артобстрелом или бомбёжкой. За время войны таких концертов дали невероятное количество – больше 56 тысяч. А значит, больше 56 тысяч раз светил людям спасительный луч искусства – отогревал, воодушевлял и помогал бороться с врагом.