Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Краснобай

Оо! - Тоххлая фороонаа! Пригодиится!

Народное творчество, к коему относятся и анекдоты, почти никогда не появляется на пустом месте. В основе его всегда лежат какие-то конкретные события, условия, ситуации. Это у любого народа так - в том числе и у эстонцев. И из любого анекдота можно почерпнуть не меньше, чем из учебника истории. Потому что анекдоты сохраняются в памяти народа гораздо лучше, чем учебник. Надо только эти анекдоты правильно "потрошить". Вот и давайте сегодня распотрошим один такой анекдот - как вы уже поняли, эстонский. Идет осенью эстонец по своему эстонскому осеннему лесу. Видит: лежит дохлая ворона.
- Оо! Ттоххлая фороонаа! Пригодиится!
Взял дохлую ворону и положил себе в карман пальто.
Через год этот же самый эстонец снова идет по своему эстонскому лесу. Приходит на то же самое место. Засовывает руку в карман:
- Оо! Ттоххлая фороонаа! Аа не пригодиилаась!
И выкинул. Начнем с того, что анекдот этот - не такой уж и эстонский. Он, скорее, датский. В этой связи вспоминается сказка Х.К. Андерсена "Ханс-чур

Народное творчество, к коему относятся и анекдоты, почти никогда не появляется на пустом месте. В основе его всегда лежат какие-то конкретные события, условия, ситуации. Это у любого народа так - в том числе и у эстонцев.

И из любого анекдота можно почерпнуть не меньше, чем из учебника истории. Потому что анекдоты сохраняются в памяти народа гораздо лучше, чем учебник. Надо только эти анекдоты правильно "потрошить". Вот и давайте сегодня распотрошим один такой анекдот - как вы уже поняли, эстонский.

Идет осенью эстонец по своему эстонскому осеннему лесу. Видит: лежит дохлая ворона.
- Оо! Ттоххлая фороонаа! Пригодиится!
Взял дохлую ворону и положил себе в карман пальто.
Через год этот же самый эстонец снова идет по своему эстонскому лесу. Приходит на то же самое место. Засовывает руку в карман:
- Оо! Ттоххлая фороонаа! Аа не пригодиилаась!
И выкинул.

Начнем с того, что анекдот этот - не такой уж и эстонский. Он, скорее, датский.

В этой связи вспоминается сказка Х.К. Андерсена "Ханс-чурбан" (Klods Hans в оригинале).

Там, по сюжету, деревенский дурачок намеревается жениться на принцессе и, в качестве подарка, предлагает ей дохлую ворону. Помимо дохлой вороны, там еще был старый башмак и комок грязи. Причем эта дохлая ворона дурачку этому в общем-то, и не пригодилась. Хотя изначально он ее все же предполагал использовать - как тот эстонец.

Откуда тут у датчан взялась связь с Эстонией? - Это тоже очень просто. Территория современной Эстонии в Средние Века в течение примерно 200 лет была под прямым управлением Дании (Дания как государство тогда уже существовала, Эстония - нет). Да и сам город Таллин обязан своим названием датчанам - буквально это означает "датский город". Как вы понимаете, за 200 лет датчане в Эстонии могли нехило так наследить.

Но это не самое интересное. Дело в том, что у датских викингов было свое знамя - свой тотем. И вот на этом знамени был изображен как раз черный ворон. Вот примерно такой (это современная стилизация):

И вот примерно под этим вороньим знаменем датские викинги умудрились в свое время навести шухеру, минимум, на половину Европы. Даже Англия долгое время платила датчанам дань - да, у них тоже было свое "татаро-монгольское иго". Причем тоже 200 лет.

Но вот к середине 14 века датские викинги начали сильно сдавать. Там много факторов наложилось: и межклановые разборки в самой Дании, и дикие внешние долги, и конкуренты подросли (те же немцы). Да и в колониях начало расти недовольство. В общем, много чего.

Короче, датский воронок к тому времени весьма истаскался. Ну, может быть, не сдох еще, но отощал и ослабел конкретно. И кердык ему тоже не менее конкретный корячился.

И кердык этот наступил в 1343 - 1345 гг. - когда в Эстонии началась крестьянская война, вызванная непомерным гнетом иностранных феодалов. Она же - восстание Юрьевой ночи. Довольно заметный эпизод в местной истории.

Война эта развивалась поначалу весьма успешно для повстанцев - эстонцам удалось захватить много укрепленных пунктов и перерезать многих "несвоих". Единственное, что им не удалось, - это взять Таллин.

Но потом у эстонцев что-то сломалось. Такова уж специфика любой крестьянской войны - крестьяне не хотят уходить далеко от своих домов и потому не могут ни развивать наступление, ни закреплять успехи.
В конце концов, какого стратегического мышления, какой военной сметки можно ожидать от человека с горизонтом планирования "хутор и две свиньи"?

Восстание было подавлено. Но только вот датский черный ворон на подавлении этого восстания и надорвался - и сдох. Всю основную работу там уже делали рыцари из соседнего Ливонского ордена (которые потом и выкупили эту территорию у датчан по остаточной стоимости). А датская дохлая ворона, как боевая и политическая сила, уже никому не пригодилась.

Вот такая вот история. Сначала прилетела датская ворона на Эстонию, поторчала там какое-то время, а потом была отправлена обратно - за бесполезностью.

Потом Ханс Кристиан Андерсен напишет об этом сказку, а эстонцы - придумают анекдот.