Спектакль «Венецианка» в театре Романа Виктюка идёт уже два с половиной года. В тот вечер, что мы пришли в Дом Света, его в очередной раз завели, как старую пластинку на старом граммофоне.
Под советский гимн «Да, здравствует наша держава!» на сцене появились все действующие лица. Артисты театра-студии занимают свои места под свисток учителя-режиссёра-мастера, которому не нужны актёры, умеющие двигаться, но лишённые мысли. После вдохновенной речи наставника «Даёшь новый театр! Мы не должны играть по-старому. Мы должны жить, чувствовать, дышать по-новому!» артисты делятся мечтами ― о главных ролях и служебной квартире, лёгком карьерном взлёте и… выполненного служебного долга (политработником, обязательного элемента в любом советском коллективе, даже творческом). А потом ученик вводит нас в курс дела: «Вся эта история случилась, когда мы репетировали «Венецианку», старинную комедию неизвестного автора XVI века».
Да и пьеса о том, как ставили пьесу, тоже принадлежит… неизвестному автору. Документальная точность также отсутствует, хотя декорации вполне в духе того времени, откуда пришла вся эта история бунта в молодой театральной студии молодого советского государства. Огромные буквы РВ ― революция вперёд! М ― Москва. А звезда в глубине сцены ― это то, что всегда над ними. На сцене начало ХХ века. Делай раз, делай два, делай три. Фигура из пяти тел показательно замирает в ожидании аплодисментов. Вот мы, во всей красе! Новый театр со всеми специфические театральные элементы: пантомима, импровизация и техника владения маской, в самом широком смысле этого слова. Всё дело как раз в них, в масках.
― Маска ― наглядный показатель условности театра, ― говорит нам режиссёр театральной студии из прошлого. ― Она позволяет актёру свободнее импровизировать от лица персонажа, не тратя сценическое время на мотивацию поступков. А зрителю ― быстрее умчаться в страну вымысла. И может так произойти однажды, что без масок в театре вообще не будут играть ни одного спектакля, а публика будет негодовать, если такое вдруг произойдёт.
Глаза зрителей жадно следили за действиями актёров. И эти взгляды будто подпитывали их. Энергия проникала в каждого и возвращалась на сцену. Зал реагировал на реплики и юмор. А кое-кто даже готов был поучаствовать в действии. Игорь Неведров и как артист, играющий главную роль, и как режиссёр, выстроил большую часть спектакля на интерактиве, благодаря которому общение «актёр-зритель» состоялось.
Все роли здесь играют мужчины. Как в шекспировском театре. Натянутые улыбки Андзелы в исполнении Станислава Мотырёва и служанки Ории от Михаила Урянского гармонично вписывались в красную рамку доставшихся им масок. Они жеманятся, кокетливо сводя коленки, и ломают голос, чтобы быть хоть немного похожими на слабый пол. Но в государстве, где строится общество равных, это невозможно. И грубый голос служанки Нены (Наиль Абдрахманов) поворачивает нас к портретам вождей, пусть и зацелованных, но непременно присутствующих на сцене нового театра. Знатные дамы и служанки ― артисты в дутых шортиках на резинке и чёрном переднике. И с этой условностью зритель быстро соглашается, ведь это театр «без женщины, без фраз, без горьких слов и сладких поцалуев» (вдруг прозвучали слова Вертинского). Кстати, после спектакля в нижнем фойе Дома Света зрителей ожидал сюрприз ― музыкально-поэтический перформанс «Вертинский» с участием Алексея Гомана. В гриме были не только артисты, но и певец. Или мне так показалось после комедии масок.
Спектакль удачно гармонирует с самим театром, точнее с местом ― Домом Света. Здание было построено по заказу Союза коммунальников в 1929 году. Как раз тогда везде можно было встретить звезду, серп и молот, шестерёнку. Дом №6 на улице Стромынка как раз напоминает шестерёнку. Внутри много света. Он мягко освещает всё, что здесь задумывается и происходит.
Анжелика ЛУКИНА, фото Полины Королёвой
P.S. Благодарю театр Романа Виктюка, редакцию сайта "Москультура" за приглашение на спектакль. Теперь я готова к новой встречи с театром в Доме Света. Это не так страшно, даже очень.