Одиночество впятером ч2

Неужели то, что я просто люблю людей и отношусь к ним хорошо и без предубеждений, - это в голову не приходит?- ответил Арсений. - И что значит просто вызывать улыбку? А можно не просто?

Как обычно в своей манере ответов вопросами, - подумала Камила. Ей даже показалось, что это его уникальный стиль ведения беседы. И это не было плохо. Ей нравилось, если у человека в принципе был стиль письма. Для нее это означало наличие как минимум неплохого образования, умения излагать свои мысли, и разумеется, их наличие. Тут же захотелось порассуждать о современной тенденции к примитивизму в сообщениях, в которых половину слов вообще заменили смайлами и другими специфическими символами, позволяющими выразить всю гамму эмоций, не прибегая к эпистолярному жанру для их описания. Но ведь и это стиль! Просто нового поколения. И вот они мысли о старости... И снова тот самый укол где-то внутри.

- Я описала лично свои ощущения. - написала она. - И если они совпадают с большинством, то, может быть, дело все-таки не в чужом искаженном восприятии, а в собственном? Камила подумала, что ответила слишком резко. Но ведь искренне! Искренность же еще кому-то нужна?

Арсений тянул с ответом. Камила уже придумала у себя в голове несколько сценариев его реакции на свое сообщение. Все они носили негативный характер от "странная какая-то!" до "таких тараканов ничем не вывести!". Или просто молчания.

Но он ответил:

-Вот некоторым мне не хочется это объяснять, используя их восприятие как естественный фильтр, а тебе почему-то захотелось...

Теплая волна пробежала по ее телу. Как приятно осознавать себя особенной! А она уже напридумывала себе! Арсений определенно ей понравился, поэтому так важно было очаровать его. Неужели получилось? Или он просто слишком умен, чтобы вступать в ненужный спор с красивой девушкой, вместо того, чтобы расположить ее к себе? Или он каждой так говорит?! Нееет. Не может же каждый его разговор быть на тему восприятия, чтобы была такая возможность выделить девушку из всех. Мысли в голове Камилы сменяли друг друга. Но самой неприятной из них была та, в которой она так отчаянно неуверенная в себе, не могла поверить, что уже стала для кого-то особенной.