Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Филиал Карамзина

Суворов и Павел I

Отношения между этими двумя героями нашей истории складывались неоднозначно. «Я не пруссак, а природный русак!» «Военные мероприятия Павла I, – писал русский военный историк Антон Керсновский, – представляют собой безотчётную реакцию на екатерининские преобразования, ненавистные “потёмкинские” порядки». Ещё будучи «гатчинским затворником» и боясь, что мать в обход его передаст престол внуку Александру, Павел завёл в полках дворцовой гвардии порядки на манер прусских. Воцарившись, он стал распространять их на всю Русскую армию. «Павловская муштра имела до некоторой степени положительное воспитательное значение», – отмечал тот же историк. Но вместе с «водой» Павел выплеснул и «ребёнка». Суворов понимал, что не муштрой и мелочами службы держится Русская армия. Со свойственной ему едкостью, он стал высмеивать и вышучивать новые порядки. Крылатым стало его изречение (известно в разных вариантах): «Пудра не порох, пукли не пушки, косы не тесаки, мы не немцы, а русаки!» Прославленный фель
Оглавление

Отношения между этими двумя героями нашей истории складывались неоднозначно.

«Я не пруссак, а природный русак!»

«Военные мероприятия Павла I, – писал русский военный историк Антон Керсновский, – представляют собой безотчётную реакцию на екатерининские преобразования, ненавистные “потёмкинские” порядки». Ещё будучи «гатчинским затворником» и боясь, что мать в обход его передаст престол внуку Александру, Павел завёл в полках дворцовой гвардии порядки на манер прусских. Воцарившись, он стал распространять их на всю Русскую армию. «Павловская муштра имела до некоторой степени положительное воспитательное значение», – отмечал тот же историк. Но вместе с «водой» Павел выплеснул и «ребёнка».

Суворов понимал, что не муштрой и мелочами службы держится Русская армия. Со свойственной ему едкостью, он стал высмеивать и вышучивать новые порядки. Крылатым стало его изречение (известно в разных вариантах): «Пудра не порох, пукли не пушки, косы не тесаки, мы не немцы, а русаки!» Прославленный фельдмаршал с гадливостью отзывался о прусских военных нравах, служивших примером Государю: «Нет вшивее пруссаков!»

Опала

Павел не стерпел и в феврале 1797 года уволил Суворова в отставку без права ношения мундира, предписав ему безвыездно проживать в имении в Белоруссии, подаренном ему Екатериной. Увольнение Суворова вызвало целую демонстрацию в Русской армии: девятнадцать офицеров его штаба сложили свой чин и поехали с фельдмаршалом. Владения Суворова были богатые, он жил, как удельный князь и сумел каждому выделить по небольшой деревеньке.

Надо отдать должное Павлу. В традициях российской государственности он мог расправиться с лицами, не столь известными, как Суворов, и никто бы этого не заметил. Но Павел опасался, что Суворов остаётся слишком независимым и может стать центром заговора. Надо признать, что основания для этого были. Есть свидетельства, что графу предлагали возглавить военный переворот, на что Суворов со страхом перекрестил рот говорившему и изрёк: «Молчи, несчастный! Кровь сограждан…»

-2

По доносу генерала Михила Румянцева (сына прославленного фельдмаршала) Павел через два месяца решил принять более строгие меры и направил Суворова под арест в его родовое имение в Новгородскую губернию. Сподвижники Суворова были посажены в крепость.

Милость

Вскоре опала Императора стала смягчаться. Не получив свидетельств подготовки заговора, Павел выпустил одного за другим арестованных офицеров – товарищей Суворова. В феврале 1798 года посланец Императора прибыл к Суворову в Кончанское и объявил всемилостивейшее высочайшее дозволение графу поселиться в Петербурге. Но Суворов, приехав, чтобы поблагодарить Государя, предпочёл вернуться домой в деревню. Он не видел, как может принести пользу армии при новых порядках.

Суворов тосковал без дела. Его здоровье ухудшалось. Тем временем Государь всё сильнее нуждался в нём и обращался за советом. Близилась война с Францией, имена полководцев которой – Бонапарт, Моро, Жубер – наводили страх на всю Европу.

Наконец, в феврале 1799 года флигель-адъютант Императора привёз Суворову послание Павла, в котором Император, по сути, просил прощения у полководца: «Нам не время рассчитываться, виноватого Бог простит». Суворов призывался возглавить русско-австрийскую армию на Итальянском театре войны.

"Бедный бедный Павел", режиссер Виталий Мельников, © Киностудия "Ленфильм", 2003 г.
"Бедный бедный Павел", режиссер Виталий Мельников, © Киностудия "Ленфильм", 2003 г.

Так начался Итальянский, потом Швейцарский походы – последние великие деяния великого русского полководца. За первый Павел успел пожаловать фельдмаршалу титул князя Италийского. В армию к Суворову Государь отпустил единственного сына фельдмаршала и своего старшего сына – Цесаревича Константина.

Однако по возвращении Суворова в Петербург неуравновешенный Император снова сменил милость на гнев и отказался принять заслуженного воителя. «Я готовлюсь дать отчёт Богу, а о Государе теперь и думать не хочу», – сказал тяжко больной Суворов и поехал умирать домой. На похоронах Император отдал почести своему и России великому слуге.

Фотоматериал использован из свободного доступа Яндекс.

Если вам понравилась публикация - не забудьте:

- нажать "палец вверх";

- подписаться на канал;

- оставить комментарий.

Еще больше материалов на нашем телеграмм канале
История Российской Империи. Подпишись