Когда сыночку не было ещё и трёх лет, папа, романтик по натуре, придумал для него сказку собственного сочинения. Сам не зная почему, он рассказал, что выбрал сыночка в большом-пребольшом магазине. Где было много разных-разных мальчиков, но папа выбрал самого лучшего – своего Андрюшеньку. Ребёнку понравилось, и когда его укладывал папа, просил именно эту сказку «про магазин». Со временем мифическое повествование обросло реальными подробностями: и как снежок падал и падал, и как папа долго ждал под магазином, пока тот, наконец, откроется, и как нёс на руках крошечного сынулечку в машину, боясь уронить… (Все эти невыдуманные детали на самом деле были папиными воспоминаниями о дне выписки жены из роддома.)
Так случилось, что мама ни разу этой сказки не слышала. Что неудивительно. Когда её мужчины укладывались самостоятельно, она элементарно купалась в душе или занималась иными делами, получив немного свободного времени… Время шло, сынок дорос до своего неполного шестилетия. Но папину сказку по-прежнему слушал с удовольствием. Хотя за это время от женской половины семьи (включая ещё и бабушку) давно узнал, что родила его мама, и что деток привозят из роддома… А сказку от папы всё же слушал.
- …все мальчики были хорошими и красивыми, но папа долго искал своего единственного Андрюшеньку. И вот, наконец, нашёл. В самом далёком зале, на самой дальней витрине маленький-премаленький Андрюша громко-громко плакал. Он очень хотел, чтобы его взяли на ручки. Папа взял его на ручки – и он тут же успокоился и заснул…
Мамины брови уехали на лоб от услышанного, – она зашла за забытым в детской халатом. Губы её тронулись улыбкой, и она тихо вышла. Когда же перед сном мама зашла поцеловать сыночка на ночь, он не спал. Целуемый, просяще зашептал:
- Мама? Можешь мне пообещать одну вещь?
- Игровую кассу?
- Нет, не кассу… Ну, то есть, про кассу мы уже ведь с тобой договорились? – ты подаришь мне её на День рождения… Просто я хотел тебя попросить… не говори, пожалуйста, папе, что ты меня родила. (Мама прыснула и зажала рот рукой.) Не скажешь, ладно?
- Не скажу, сыночек.
- А то он думает, что купил меня в магазине. Узнает правду – расстроится. (Мама опять прикрыла непослушные губы ладонью.) И потом, про что же он будет тогда мне рассказывать на ночь?..
Мама, сначала было взволнованная серьёзностью сынишки, успокоилась его последним выводом. Такая мотивация была нормальной, вполне себе детской. Ещё раз поцеловала своего мыслителя в лобик: «Спи», - и вышла.
