Молчаливая, но эффектная служанка Воланда Гелла производит на всех поклонников «Мастера и Маргариты» неизгладимое впечатление. Уже несколько поколений читателей ломают голову над вопросом – почему зеленоглазой красотки нет в финальном полете? Почему Булгаков «забыл» ее?
Мысль, что автор «позабыл» по рассеянности столь яркого, тщательно выписанного персонажа, мы смело отметаем как совершенно нелепую.
В своем блоге я уже предлагала версию известного булгаковеда Бориса Соколова.
Сегодня рассмотрим еще одну - на этот раз вышедшую из-под пера Альфреда Баркова.
Исследователь считает, что возможным прототипом Геллы была Ольга Сергеевна Бокшанская, старшая сестра его последней супруги, Елены Сергеевны.
По многим причинам Булгаков не любил свою sister-in- law. (В письмах он называет ее sister или просо S.) Бокшанская негативно высказывалась о драматургии Булгакова, да и характер был у нее не сахар.
Барков обращает внимание на то, что Гелла выполняет секретарские функции, печатая на машинке. А Ольга Бокшанская была по должности секретарь дирекции МХАТа и личный секретарь Немировича-Данченко.
С мхатовским коллективом отношения были у писателя напряженные. Вот характерная выдержка из письма Булгакова: «Обедать вместе с компанией – нет! нет! А с S. – даже речи быть не может! Пусть Азазелло с S. обедает!»
Как видим из этого отрывка, Бокшанская была в понимании Михаила Афанасьевича вполне себе инфернальный персонаж. Возможно, Булгаков не поставил ее в финальную сцену по той причине, что ему пришлось бы ее облагородить.
Судя по всему, у Ольги был «вампирский характер», и у писателя не поднялась рука придать ей более возвышенный образ. Вот несколько фраз из письма Елене Сергеевне:
«Со всей настойчивостью прошу тебя ни одного слова не писать Ольге…
Иначе она окончательно отравит мне жизнь грубостями…
А я уже за эти дни насытился.
… она села верхом на мою душу… Сейчас мне нужна эта душа для романа».
Видно, Ольга здорово выматывала нервы… Но несмотря на все это, именно она печатает под диктовку Булгакова последнюю машинописную редакцию романа в 1938 г. («Гелла» печатает про Геллу – вот такой фокус!)
Булгаков не смог отпустить ее с Воландом, она была нужна ему здесь, чтобы печатать роман.