Прочитал статью Людмилы Обидиной из Нижегородского Университета им. Лобачевского. Статья пока не опубликована, но пересказать автор разрешил. Поперчу эмоциями, сдобрю хейт-спичем и огульными обвинениями, посолю парой примеров. В конце концов, мне можно.
Статья — резюме печального правового положения переводчика в системе права в России. Многие, наверное, слышали, что в 2016 году в Петербурге переводчицу грузинского языка осудили за "заведомо ложный перевод". Первая реакция любого нормального человека конечно — ах какая непрофессионалка взялась помогать следствию! Материалы дела и правда выглядят неприглядно, барышня, не успевая доделать перевод, перемолола несколько страниц обвинительного заключения в "Гугл Транслейт". Результаты, естественно, печальные.
При этом за скобками остаются остальные обстоятельства. Как в переводе, так и в жизни, всегда важны контекст и нюансы, а правосудие наше контекст учитывать способно только в том случае, когда он заключается в служебном положении пьяного водителя, сбивающего на пешеходном переходе детей, как кегли, sad but true. Почему за два месяца следствия все удовлетворялись устным переводом? Обвиняемому даже не выдали перевод постановления о задержании. Я бы назвал это грубым нарушением и наплевательским отношением следователя, но его начальство (и почему-то адвоката) это устраивало. Когда сроки, отведенные на ведение следствия, стали поджимать, следователь вдруг вспомнил о том, что вообще-то материалы дела следует перевести на родной язык подсудимого. Переводчица утверждает, что следователь давил на неё, звонил ей ночью и угрожал последствиями за срыв сроков, но самый гуманный суд в мире всегда верит честным глазам сотрудника силовых органов, ведь так?
Кроме того, приговор переводчице вызывает некоторые вопросы. "Заведомо ложный перевод" трактуется законом как "совершенный с целью облегчить или усугубить положение обвиняемого или других сторон". Понятно, что человек, в три часа ночи лихорадочно доделывающий перевод огромной томины довольно шизофренического текста, никакого "умысла по облегчению либо отягощению положения кого-то там" не имел, разве по облегчению своего положения, что тянет лишь на "преступление, совершенное по неосторожности".
В конце концов, в довольно сложном деле (экономическое преступление, это вам не бытовая драка) был задействован неопытный переводчик. А знаете, почему? Потому что большинство опытных переводчиков за километр обходят тему судебного перевода: платят копейки (если вообще платят), уважения никакого, понимания того, что переводчику надо хотя бы стакан воды принести за три часа беспрерывного шевеления языком, не существует. Кому оно надо? Хороший вопрос. Я вот чисто из любопытства работаю. Точнее, начинал работать из любопытства, а теперь приходится продолжать, потому что часто других переводчиков нет, а оставлять людей в беде совесть не позволяет. Но если в системе правосудия ничего не изменится, то полиция, СК, суды и прочие милые люди в Петербурге столкнутся с полным отсутствием переводчиков на редкие языки.