Ночь растворила сумерки и заполонила собой пространство. Судя по всему, в доме не было электричества. Я с трудом отыскал свечу, спички и зажёг свет. Стефаныч натаскал дров и мы затопили печь. Огонь порхал как тысячи прекрасных бабочек, освещая наши довольные лица. Мы уселись в креслах подле него. От тепла наши тела разомлели. - Чтож мы, Олега - неожиданно молвил Стефаныч. - Самое время пожарить картошечку?! - и посмотрел на меня. - Давай соломкой, на сковороде?! С лучком - предложил я. Стефаныч достал из карманов картоху. Я почистил её и нарезал соломкой. Сковорода уже разогрелась. Кусочек сала, начинённого чесночком отправился шкварчать и пускать пузыри, в ожидании картошки. Вот черёд и картошки. Ароматы жареной картошки заполонили весь дом и наши животы заурчали, как голодные коты. Белая кошка признала нас за своих и устроилась рядышком, в ожидании, что и ей что-нибудь перепадёт. Я снял со сковороды крышку и вдохнул аромат жареной картошки. Она уже позолотилась и кое-где пошла питательной корочкой. Посолил малость и стал пробовать. Нет ничего прекраснее еды, приготовленной в походных условиях. Она и смачная и ароматная и вкусная и желанная. Стефаныч сгрёб со старинного круглого стола всё, что на нём стояло и покрыл стол белой кружевной скатертью. Поставил в центре деревянную поставку и вскоре я водрузил на неё сковородку. Тарелок мы не нашли, поэтому приготовились есть вилками со сковороды. - Эх, самогоночки бы сейчас, - посетовал Стефаныч. И только он это произнёс, как мы услышали громкий глухой рёв около дома. Бросив всё, мы выбежали во двор. Откуда ни возьмись перед нами возник КАМАЗ. По нему ещё пробегали энергетические вспышки, свидетельствующие о недавнем перемещении во времени...
