Недавно покупала наполнитель для Дегуса… Ну, то есть, конечно, ПОД Дегуса. А он, зараза, тяжёлый. Наполнитель, не Дегус. Мы заказываем сразу десятикилограммовый мешок, и в этот раз мне пришлось ехать за ним одной. Обратно я вызвала такси и… Ребята, нельзя ожидать такси в магазинах! Особенно в зоо… (это не "триста", это буквы!)
Мне повезло, что машина пришла через десять минут, и я успела купить только одну вещь. Пухорезку! Зачем мне, имеющей трёх короткошерстных котов, пухорезка, я не совсем понимала. Впрочем, понять это невозможно, можно только предусмотреть и предупредить. Я вот не успела, в результате у меня есть пухорезка.
Дома я показала сей странный предмет своим гаврикам. Зёма с Мотей не проявили особенного интереса, а вот Стёпа брякнулся на бок и сказал от всего сердца:
- Чеши давай!
Я показала Стёпе фигу и пошла к маме. Я вдруг поняла, зачем купила пухорезку. Сима же! Маман не раз жаловалась, что Серафима крайне неодобрительно относится к вычёсыванию и позволяет почесать только спину. Но колтуны образуются исключительно под мышками и под подбородком. К ним приходится подкрадываться с ножницами и стричь на скорую руку. Поэтому Серафима периодически выходит в свет как пьяный лавочник: неровно обрезанная, а иногда даже слегка плешивая. Это если рука дрогнула.
Так может, пухорезка придёт на помощь?!
- Сима! – коварно сказала я, подсаживаясь к кошке, которая мирно дремала на отстоянном у ВениаминКарлыча пледе. – А, Сима?
Серафима нехотя открыла глаза и смерила меня взглядом. И закрыла глаза обратно.
«Ну и ладно, - обиженно подумала я. – Подумаешь, фифа какая!».
И достала пухорезку. Выглядит эта штука несколько устрашающе. Так что даже хорошо, что Сима не видела: я вполне выглядела как человек, намеревающийся её зарезать. И, так сказать, приступила. Вошедшая через десять минут маман была удивлена:
- Она лежит?!
- Она даже мурлычет! – торжествующим шёпотом прокричала я.
И да, Серафима забылась настолько, что даже негромко тарахтела. В отличие от моих котов, которые начинают тарахтеть даже если на ни просто посмотреть, Серафима себе такого никогда не позволяет. Не то что мурлыкать – она даже гладить себя не шибко позволяет! А тут вон оно чо!
- И вот! – добавила я, показывая горку вычесанной с Симиной шеи шерсти.
Словом, пухорезка справилась со своей задачей более чем. Минут сорок я чесала Серафиме бока, шею и даже (!) подмышки!
Ужин, на который, собственно, я пришла, давно остыл, но что такое какой-то там ужин по сравнению с Симиным благоволением.
Через час я решила повторить попытку с Вениамином. Тем более, что всё это время он ошеломлённо смотрел одним (левым) глазом на меня из-за кресла. В глазу, как обычно, ярким пламенем полыхал ужас. И не только.
- Она её зарежет! – сначала ужасался Веник. Потом в глазу мелькнул интерес и даже некоторая надежда. – Зарежет и мне достанется плед!!!
Потом надежда сменилась удивлением и в итоге исчезла. Остался только ужас.
- Если уж её ЭТИМ не зарезали, то неизвестно, что с ней может справиться!
Он принципиально не называет Серафиму по имени. Только «она». Показывает отношение. Серафима время от времени даёт ему пощёчину. Ну так, для острастки. Она и так знает, кто в этом доме главный.
Симе надоело, и она ушла. Пухорезка осталась лежать на диване, привлекая Венино внимание кровожадным блеском. Пока Веня одноглазо кошмарился, я сделала обходной манёвр и перехватила толстое пузико. В отличие от Зёмы, Веня никогда не кричит от страха. Потому что в отличие от Зёмы страх у него не наигранный: во рту пересыхает, а горло перехватывает. Посаженный на колени, ВениаминКарлыч прижимает уши к голове, зажмуривается, часто-часто дышит и мелко облизывается. На внешние раздражители типа почёсываний и поглаживаний не реагирует никак.
- Ушёл в себя. Буду не скоро.
Когда же я прикоснулась пухорезкой к Вениковому загривку, тот так вжал голову в плечи, что почесать ему подбородок не осталось никакой возможности. Про брюхо и говорить не приходится – не кот, а броненосец!
Не в состоянии продолжать далее мучения кота, я оставила его в покое. Оставленный в покое Веник медленно разжался, приоткрыл один глаз, и, убедившись, что в данный момент его никто не бьёт, рванулся в сторону кресла. Зацепился когтями за обивку дивана, глухо завыл и забился в припадке. Я выбежала из комнаты.
Оставшись один, Веня заткнулся, пришибленно огляделся и, дёргая лапой, выпутался из дивана. Тяжело вздохнул и утянулся за кресло. Параноик хвостатый!
Оставшееся время ВениаминКарлыч не выставлял из-за кресла даже глаз. Не рисковал. А задницу выставил. На заднице же глаз нет!
Пухорезка же заняла почётное место в числе Симиных приоритетов. А чем вы чешете ваших котов?