Когда Ван Гогу было грустно, он писал картины и резал уши, а когда печаль отступала, просил пирогов у брата Тео. Современный читатель имеет возможность познакомиться со сборником писем. Он так и называется: «Письма к брату Тео о пирогах». Вот лишь одна выдержка: «Братское сердце, я жив-здоров, хоть ноет печень и чешутся ноги. Нет красок, рассохлись кисти, но верю в твои щедроты и каждую минуту жду почтальона. Вышли лимбургский флай, молю! Ты же помнишь, как бабушка пекла со смородиной. Если откажешь, я выстрелю в себя из револьвера».
Да, у Винсента был чёрный револьвер, которым он пугал ворон на пленэрах. И бедный Тео рыдал от жалости, отвечал на ста страницах, заливая слезами строчки. Вот лишь одна цитата: «Душа моя братец, не смей говорить такое! Флай готов, завернут в пергамент и отправлен тебе до востребования. Лопай, поминай бабушку и не горюй. P.S. Положил и баночку скипидара. Отмочи кисти. Целую». И таких писем многие тысячи! Исследователи не могут точно сказать, сколько пирогов успел съесть Ван Гог до рокового выстрела. Но явно не одну сотню.
Сегодня пощупаем нидерландскую кухню. Помнём и полепим.
Лимбургский флай - гость из Средневековья. Пироги с фруктовой и ягодной начинкой стали печь в Нидерландах ещё в XIV веке, но ели не каждый день, а сугубо в церковные праздники. Мы, к примеру, решились на Введение во храм Пресвятой Богородицы. А флай так с голландского и переводится - пирог.
Обычно мы полагаемся на глаз и на интуицию, а сегодня неожиданно достали аптекарские весы, поправили нарукавники и перевешали всё по грамму. Просеяли муку, попутно наделив её кислородом, засыпали сахар, положили чайную ложку дрожжей, нежно посолили, сбросили с острия ножа ванилин и стали тереть сливочное масло на тёрке, как тёрли голландские мастера натюрмортов. Затем разбили яичко и ловко отделили желток. Усадили его в стаканчик, залили молоком и взболтали, как настоящие гении живописи. И отправили к муке и маслу. А потом ручками, ручками. Такое тесто липкости в себе не несёт, с ним приятно работать. Оно стало круглым и жарким, как шаровая молния, поплыло по кухне, но мы схватили, спрятали в пакет и оставили на полчаса при комнатной температуре.
Миляга Винсент резал флай острым краем задубевших холстов и кушал с крепчайшим чаем. Не забывал писать благодарности брату Тео, но и просил посылки снова и снова. А безстыдных своих сожительниц к пирогу не пускал. Иногда, впрочем, угощал приютских детей и знакомую собачонку.
Наше тесто слегка припухло и можно отделить от него добрую треть на художественное плетение верха. А большую часть раскатать в толстенький блин и выложить в форму, где уже постелен и смазан сливочным маслом пергамент. Ушлые люди используют специальные штуки, когда лепят борта пирога, а мы обходимся своими перстами. Вылепим их и ещё подождём минут двадцать. За это время смешаем смородину с сахаром. У нас и чёрная, и красная, и белая. Так красивей. Начинку разложим ровно, чтоб ничего не свешивалось и не вытекало. И заплетём особой методой верхний ярус, располосовав остатки теста. Можно было б и поменьше на это дело оставлять. Лишний кусочек мы расплющили и бросили в духовку. И приятная, надо сказать, лепёшечка получилась! Ну вот. Пихаем форму в раскалённое жерло и ждём минут сорок. Завариваем чаёк, включаем тихий музончик и трескаем.
А однажды Тео не прислал брату посылку. Последствия всем известны.
Флай Винсента
Сливочное масло - 100 г.
Пшеничная мука - 320 г.
Смородина - 300 г.
Молоко - 125 мл.
Дрожжи - 1 ч. л.
Сахар - 4 ст. л.
Желток - 1 шт.
Ванилин
Соль