Если почитать дневники, которые было модно вести в XIX – первой половине XX века, описывающие события перед тем, как в России грянула революция, то становится совершенно неудивительно, что в итоге грянула революция.
Вот, например, что записал в феврале 1917 года Лев Тихомиров, человек интересной судьбы, начинавший как народоволец, а в итоге ставший монархистом:
« …Завтра начнётся Масленица. А ничего нет. Едва добыли молока. Мяса - один раз совсем не добилась Маша. Потом послали Марфушу, и после долгого стояния - она получила 4 фунта (с костями). Ни печь блины не из чего, ни есть не с чем. "Широкая масленица".
Москва - темна, фонарей не зажигают. Разумеется, жулики грабят в темноте. Такое тяжёлое время! Не только прислуга живет кое-как, а даже кот Барсик похудел, как скелет. Нечего есть - ест картошку.
Уверен, у немцев меньше лишений, по крайней мере, более равномерно. У нас есть класс, имеющий доступ к военным и административным запасам, и он - излишествует…»
То есть, когда говорят, что проблемы с поставками продуктов в начале 1917 года были только в Петрограде, это не совсем так. В Москве ситуация была похожей. Кстати, и продразверстку придумали не большевики. Ее ввело в 1916 году, то есть еще до всех революций.
И самое плохое в этом то, что на самом деле продукты были. Они просто гнили в эшелонах, но не поставлялись в столицу. Что это было – намеренное нагнетание обстановки или желание побольше наварить на поставках? Скорее всего, и то и другое. Но в итоге все в совокупности привело к краху февраля 1917 года. А потом понеслось по нарастающей…