Он стоит один ночью во дворе, широко расставив руки. Он улыбается и хочет обниматься. Но никто не обнимет его. В лучшем случае его сфотографируют, в худшем — оставят мокрое место. Это снеговик.
Снеговик — трагическая фигура. Одно из самых ярких детских впечатлений: маленькие гопники уничтожают во дворе свежего снеговика. Он плод наивного творчества одних и садистского интереса других. Если его беззащитностью не воспользуются люди, то это сделает природа. Он живет, пока жив холод.
Снеговик похож на всех москвичей сразу. Он сосед-алкоголик, который торчит во дворе до ночи. Он и соседка, которая собралась на праздник, но никуда не пошла. И тушь течет по ее лицу. Он и активный гражданин, который стоит в одиночном пикете. Он хорошенький и наивный провинциал, когда только сделан. Он же омосквиченный лимитчик, когда от него остался грязный снежный ком.
Волшебный круговорот воды в природе испарит его, чтобы чьи-то руки вновь слепили из чистого снега симпатичного толстяка.
Когда весна убивает снеговика-феникса, он передает свой завет работникам жилищно-коммунальных служб. И летом, когда нет снега, они создают свой ЖКХ-арт из всего, что не растаяло. Это места памяти снеговиков. Так во дворах жилых домов возникают лебеди из покрышек и гирлянды из мягких игрушек — великий ЖКХ-арт. Все эти плюшевые тигры, гномики с отбитыми носами, Баба-Яга из почерневшего дерева.
Зимой их засыпает снегом, как забытый алтарь, и тогда вновь возникает во дворе снеговик. И все повторяется. В конце зимы природа поставит ему смертельный диагноз. Уходя, он будет улыбаться и верить во все хорошее. Если не для себя, то для кого-то другого.