Ильф, Петров и Булгаков работали вместе в редакции "Гудка" в 20-е гг. Юмор Булгакова, его фельетоны и рассказы вызывали у Ильфа и Петрова восхищение. Из воспоминаний Михаила Ардова: "... Ильф со смехом пересказывал мне, через десять лет после напечатания, какие-то забавные сюжеты и выражения из произведений Булгакова, опубликованных в "Гудке". Однако "закатный роман" особого понимания у собратьев по перу не встретил. Вот что вспоминает О. Михайлов в книге "Страницы советской прозы": "Характерен эпизод, сообщенный мне Е.С. Булгаковой. И. Ильф и Е. Петров, прочитав роман Булгакова (в одном из ранних вариантов), убеждали автора "исключить все исторические главы и переделать его в юмористический детектив". - Тогда мы гарантируем, что он будет напечатан. Когда они ушли, Булгаков горько сказал: - Так ничего и не поняли... А ведь это еще лучшие..." (Михаил Афанасьевич проявил, как всегда, хорошие манеры. Надо было им дать встречные рекомендации по исключению глав из "Одноэтажной Америк
Ильф, Петров и Булгаков работали вместе в редакции "Гудка" в 20-е гг. Юмор Булгакова, его фельетоны и рассказы вызывали у Ильфа и Петрова восхищение.
Из воспоминаний Михаила Ардова:
"... Ильф со смехом пересказывал мне, через десять лет после напечатания, какие-то забавные сюжеты и выражения из произведений Булгакова, опубликованных в "Гудке".
Однако "закатный роман" особого понимания у собратьев по перу не встретил.
Вот что вспоминает О. Михайлов в книге "Страницы советской прозы":
"Характерен эпизод, сообщенный мне Е.С. Булгаковой. И. Ильф и Е. Петров, прочитав роман Булгакова (в одном из ранних вариантов), убеждали автора "исключить все исторические главы и переделать его в юмористический детектив".
- Тогда мы гарантируем, что он будет напечатан.
Когда они ушли, Булгаков горько сказал:
- Так ничего и не поняли... А ведь это еще лучшие..."
(Михаил Афанасьевич проявил, как всегда, хорошие манеры. Надо было им дать встречные рекомендации по исключению глав из "Одноэтажной Америки". Желательно всех.)
А вот рассказ о тех же событиях из книги М. Чудаковой "Жизнеописание Михаила Булгакова":
Примерно двумя годами раньше Булгаков, как рассказывала нам Елена Сергеевна, читал роман (или часть его) И. Ильфу и Е. Петрову. И едва ли не первой их репликой после чтения была такая: «Уберите «древние» главы — и мы беремся напечатать». Реакцию Булгакова Елена Сергеевна передавала своим излюбленным выражением: «Он побледнел».
Он был поражен именно неадекватностью реакции на услышанный текст тех людей, которых он числил среди слушателей квалифицированных.
Увы, дальше гудковского юмора взаимопонимание не продвинулось...