Любой хороший советский фильм, особенно — фильм Эльдара Рязанова всегда многослоен, причём некоторые из слоёв — неявны. Быть может, зритель сам их придумывает, тогда как у авторов не было и намёка на подобный «вывод».
Но такова судьба шедевров — каждый видит в нём то, чего и мог и не вкладывать художник. Случайно получилось! Вот, например, образ Сергея Сергеевича Паратова из киноверсии «Бесприданницы». Романc был не только жестокий, но и чуть-чуть колониальный.
Известно, что «Мохнатый шмель на душистый хмель» написал ни кто иной, как Редьярд Киплинг — знаменитый писатель, поэт, чьи произведения издавались в СССР, будучи весьма популярными. Больше того — их рекомендовали даже маленьким детям. Вместе с тем, Киплинг — поэт-колонизатор, певец Белого Человека.
Бремя белых несите! Никита Михалков поёт в кадре романс на стихи Киплинга. (Постмодернизм допускает подобные вольности — и все тут в курсе, что Киплинг на момент создания пьесы Островского ещё был подростком. Но суть не в этом).
Типаж Михалкова и типаж Киплинга — практически один и тот же. Дело не в усах, а в подбородке, рисунке лица, в настрое. Хотя усы - тоже важный элемент. Более того, роль Михалкова — это некое «бремя белых», бремя барина. Настоящего природного человека из бомонда.
Отсюда — постоянство белого цвета на фоне серенькой действительности города с неблагозвучным названием Бряхимов. Паратов-белый смотрится этакой звездой рядом с неказистыми, хотя и богатыми купцами. Сравним даже звучание фамилий — вызывающий Парат(д)ов и унылые, земные Кнуров и Вожеватов.
На самом деле, «кандалы» Сергея Сергеевича не в том, что он обручён. Он — другой. Именно в фильме это принципиальное «белое барство» явлено со всем шиком и размахом. Этот бесконечный белый создаёт герою некую защитную маску, позволяющую оставаться за пределами добра и зла — Паратова не хочется осуждать.
Его поступки оправданы этой белизной, этим барством. Его хочется понять и простить. Вот Карандышева или тех купцов понимать неохота — они не в белом. У них нет красивого бремени — только скучные рожи. Конечно же, Рязанов с Михалковым всё это не моделировали, но так вышло.
Зина Корзина (с)