Достаточно часто задают вопрос о том, что вот может ли быть такое, что у человека были сначала какие-то страхи - мысли, тревога, ненормальное поведение, а потом все вдруг переродилось в шизофрению. Вот если бы он во время лечился, то шизофрении бы совсем бы не было.
На самом деле, в таких случаях шизофрения была с самого начала и проявлялась в виде этих симптомов, но так как заболевание прогрессировало очень медленно, это было не очевидно.
Тут как уже стало понятно, наверное, из объяснения речь идет о медленно прогрессирующей форме заболевания. Ее еще раньше называли вялотекущей. Этот диагноз был самым политическим из психиатрических диагнозов, т.к. именно под эту неочевидность симптомов можно было списать многие нежелательные реакции или мысли того или иного человека.
Существует ли малопрогредиентная шизофрения вопрос спорный. Кто-то начисто отрицает ее наличие, другие уверены что она есть. Обе стороны имеют собственные аргументы.
Те кто за нее, предполагают, что каков бы не был механизм заболевания – генетический, дегенеративный или иммунного повреждения, очевидно, что этот процесс может начинаться задолго до основных симптомов и в зависимости от реакции организма может идти с разной скоростью.
Мы можем по разному его называть пока он еще в зачаточном состоянии, но в конце концов все равно «вылезет» шизофрения. Иногда можно догадаться еще в самом начале, что это именно шизофрения.
Все эти страхи, мысли, странности… ну очень странные и не обычные. Например, человек не просто боится высоты, а только тогда, когда с этой высоты человек видит 3 квадратных предмета.
Он может не просто коллекционировать марки, а только красные марки с откусанным правым верхним углом. Или боится высоты только по нечетным четвергам, а марки покупает только у рыжих продавцов.
В принципе во всем остальном человек полностью адаптирован, у него есть семья, дом, хорошая работа, но все эти странные симптомы постепенно разворачиваются, становятся все более странными, человек все больше и больше в них погружается, и в конце концов всем окружающим становится однозначно понятно, что с ним что-то не в порядке.
Человек может бросить работу, не потому, что там плохо или зарплата низкая, а потому, что входная дверь в здание открывается наружу налево и сразу видно 3 синих стула стоящих в холле.
Такой процесс. Почему вялотекущий? Потому, что занимает иногда десятилетия. И уже оглядываясь назад, можно понять, что все эти марки с откусанными концами и страх 3 квадратных предметов был не спроста. Болезнь уже тогда была, но мы ее принимали за милые странности.
Те, кто против считают, что зачем цепляться к человеку с диагнозами, каков бы он странен не был, до тех пор, пока он не дойдет до нужной диагностической кондиции. Ведь человек может обкусанные марки собирать всю жизнь и ничего. Кто знает этих коллекционеров, может именно эта коллекция будет стоить миллионы через какое-то время.
Пока шизофрения не отвечает всем своим критериям из МКБ, это и не шизофрения. Да и пока про всякие процессы, приводящие к шизофрении нам доподлинно не известны, выставления диагнозов на перспективу спекулятивно. Вот когда пойдет бред-галлюцинации - дефект личности, там и диагноз, а все что до…. Особенности характера.
Тут на самом деле вопрос о малопрогредиентной шизофрении далеко не праздный. Если это действительно шизофрения, то она требует определенных вмешательств. На уровне милых шалостей медикаментозного лечения не требуется, но желательны различные реабилитационные мероприятия, чтобы человек мог мило шалить дальше на том же уровне, но не зашаливался.
Ему требуется больше ресурсов для решения повседневных сложностей и т.д. и т.п. Это потенциальные проблемы, о которых специалист должен знать в случае обращения к нему такого пациента.
Фактически, что это не просто так, легкая депрессия, от которой можно посоветовать съездить на рыбалку или сходить в кино, а проявление более сложных проблем. Здесь возможный прогноз\диагноз содержится не на бумаге, а в уме доктора.
От выставления диагноза никому никакой практической пользы нет. Если же мы отрицаем наличие данного заболевания как такового, то можно говорить пациенту, что просто Вы прекрасны как личность и уникальны. У вас депрессия? Это прекрасно! Это период решений и свершений и размышления над бытием.
Нельзя сказать, что от такой позиции может возникнуть вред, но иногда пациенту приходится сказать: «А это уже не прекрасно, это психоз. Собирайте вещи и в больничку». Конечно, специалисты справляются с этой задачей, но мне кажется, лучше перестраховаться. Но тут дело сугубо личное и индивидуальное.
То, что я написала, вовсе не означает, что все кто страдает затяжными неврозами потенциальные обитатели острого отделения. Явление вялотекущего процесса достаточно редкое. Я за 10 лет работы в стационаре видела ну может человек пять от силы, кто совершил переезд из отделения неврозов в острое психотическое.
Основная масса пациентов с данным диагнозом вообще в больницах не бывает, лечится амбулаторно или вообще не лечится, а ходит на консультации к психологам, если им эта тема интересна.
Если же все-таки говорить о лечении, из-за достаточно длительного развития эта форма заболевания достаточно хорошо поддается психотерапевтической коррекции с минимальными медикаментозными влияниями.
Многие люди имея шизофрению вялотекущую прекрасно с ней проживают на достаточно высоком уровне функционирования. Т.е. они не теряют ни семью, ни работу, ни друзей, а просто остаются милыми (или не милыми, такое тоже бывает) чудаками.
Предвижу вопросы о политике скажу сразу, что политический и моральный подтекст можно придать любому заболеванию, при наличии желания и развитой фантазии. Можно и геморрой сделать признаком диссидентства. Был бы человек, а статья найдется, как говорится.
Что же касательно диссидентства самого по себе, то приведу следующий пример. Большая часть больных шизофренией считают, что в их голове кто-то установил жучков и влияет на их мысли с помощью различной техники: спутников, генераторов высокой частоты, микрочипов и т.п. Традиционно образ врага – это государство. Это, кстати не только в России, а везде так.
Этнологический момент, государство - некая машина, враждебная личности. И тут в некий период времени, вам в СМИ сообщают, что таки да, КГБ обладала всякой такой ерундой, которая могла влиять на мозг. Можно ли всех с претензией на жучков в голове считать диссидентами?
Кроме всего прочего существовала масса лиц с очень странными особенностями, из за которых они не могли работать и общаться. Даже, скажем, если некто утверждает, что на заводе воруют и даже если это действительно так… Вы пойдете сидеть с ним в засаде в сугробе морозной ночью, чтобы увидеть воров? А согласны ли с этим человеком говорить на тему воровства день и ночь, и при каждой встрече?
Да, человек, можно сказать, борется с воровством, но он этому посвящает всю свою жизнь и не останавливается даже тогда, когда факты не подтверждаются, а продолжает снова и снова преследовать людей с целью все-таки доказать их злокозненность.
На новом месте работы снова воруют, снова он ведет непримиримую борьбу, и опять его подозрения не подтверждаются. Тут вопрос не в госпитализации, а в том, можно ли человека считать диссидентом.
Да, он борется с существующем порядком на заводе, но с некоторыми существенными нюансами. В общем, мое мнение, число причисляющих себя к диссидентам можно смело делить на 10.