Вспомнилась одна странная новогодняя история.
Истребители-перехватчики на боевое дежурство заступают на сутки. Вместе с техниками, понятное дело. А вот лётчики меняются дважды в сутки. Почему? Причина проста: не все пилоты допущены к полётам ночью. Там вообще не так просто - днём, ночью, в простых метеоусловиях, в сложных… Так что ночью, понятное дело, «в бой идут одни старики».
Техники дежурных самолётов тоже дежурят на аэродроме, в специальном дежурном домике, а вот специалисты по службам (вооружение, радио, радиолокация, авиационное оборудование) приезжают (или приходят, если они на аэродроме сейчас) на каждую замену лётчиков: мало ли что – вопросы появятся или откажет что-то, да и в журнале подготовки самолёта надо свой автограф поставить…
Наш полк «в третьей линии обороны», подлётное время от ближайшей границы – 45 минут, поэтому дежурят только два экипажа, остальные успевают по тревоге приехать из города.
И вот однажды в новогоднюю ночь выпало дежурить нашей эскадрилье. Вечером 31 декабря выхожу на остановку, сажусь в автобус, который везёт в ночную смену пилотов и моих коллег по службам. Сменились, со сменившимися «молодыми» пилотами уехали обратно в город, продолжать встречать Новый год.
Утром 1 января опять еду на очередную смену пилотов. И узнаю эту странную историю. Оказывается, глубокой ночью с КП пришёл приказ: такому-то – на взлёт! Не оба самолёта, а один, указан конкретно, понятное дело.
Тут надо бы сказать, что высокое начальство очень не любит полётов в праздничные дни и вокруг них: мало ли что может произойти, а лишаться премии за безаварийность не хочется. Так что приказ весьма вероятно означал, что тревога реальная и нарушитель где-то рядом. Впрочем, ты этого никогда не знаешь заранее и готов должен быть всегда. С другой стороны – Новый год празднуют во всём мире, вроде бы это самое спокойное время.
Как бы там ни было, но обнаружилось, что пилот, опытнейший лётчик-ас, снайпер, майор и т.д., оказался почему-то изрядно выпивши. Я бы не сказал, что это типовое явление, вовсе нет, хотя иной раз бывало: «Пиво на 11 тысячах метров»
По стремянке в самолёт залез с трудом. Взлетел. Минут 20 его гоняли по разным курсам, потом направили на посадку. Вернулся трезвый(!).
Я потом спрашивал техника самолёта: «Как же ты его выпустил такого?» Он ответил, что выбора у него не было, боевое дежурство – не шуточки. Не выпустить? И оба – под трибунал? Я, говорит, мог лишь немногое: помог ему забраться по стремянке, помог пристегнуться, запустить двигатель, да перевёл ему кислород со смеси на «чистый» (кислород хорошо помогает в таких случаях).
Так никто и не узнал, что это было: то ли реальная тревога, то ли отцы-командиры тоже были… гм… не слишком адекватны, то ли ещё что-то…