Шамиль ВАЛЕЕВ
Все время с интересом вглядываюсь в очереди в московских аэропортах — безо всякого табло можно выделить глазом толпу уфимцев, которые ждут посадки или регистрации.
Пока не могу до конца понять, что, помимо неизбежных тюркских черт (независимо от национальности) и символики футбольного клуба и хоккейной команды, выдает в нас уфимцев. Но некоторые детали я разглядел.
Во-первых, оказавшись «на воле», наши земляки всегда одеваются ярче, веселее, чем остальные туристы. Если это зима, то шапка в виде елки или Маши и медведя, если это лето — то футболка с вызывающей надписью и картинкой постсоветского юмора.
Наши, как мне кажется, чаще других россиян перебарщивают в одежде, пытаясь казаться иностранцами. Но демонстрируют не притягательность или аристократичность, а подростковую безбашенность и протест. Наверное, потому, что дома одеваться с вызовом по какой-то смутной причине пока боязно.
Второе, что выдает «типигцного уфимса» — это настороженный, испытующий и оценивающий, готовый к отпору взгляд, который всегда контрастирует с улыбкой или веселой футболкой. Нет ничего страшнее для уфимца, чем оказаться лохом, объектом преступного посягательства, мошенничества или ответственности «за базар».
Наверное, это неизжитые следы девяностых. Прежде чем наша республика окончательно стала «красной», милицейской, тут вылезло много уголовщины. А мои сверстники росли сначала под гнетом разборок «микраш на ми-краш», а потом — под угрозой «искупаться на второй пристани» или «встать на бабки».
Не очень полезно для мимики, если можешь получить проблемы на пустом месте из-за серьги в ухе, длинных волос или неуместного взгляда в сторону подворотни.
Третье, уфимец натягивает маску москвича как только ему оторвут корешок посадочного талона. Не подступишься. Такое ощущение, что наш земляк за рубежами Башкирии опасается, что его схватят за ладони и будут одолевать просьбами пристроить на работу в Кремль или пустить переночевать в съемную квартиру.
И если в аэропорту стоит очень тихая, собранная толпа расфуфыренных, неподступных и «слишком коренных москвичей», — смело пристраивайся в очередь — это наши летят домой, кушать пирожки и вак-беляши у нэнэйки и гулять в парке Лесоводов Башкирии с фотоаппаратом.
Что радует, постепенно появляется больше улыбчивых и открытых лиц, преимущественно второй половины 80-х годов рождения.
Да и недоверчивые лица недо-выраженных людей 68 года рождения оттаивают: наверное, потому, что уже можно признаться всем, что ты умеешь играть на скрипке или рисовать акварелью, не особо рискуя получить по очкам.