На днях Мосгорсуд принял беспрецедентное решение. Столичную больницу обязали выплатить компенсацию истцам после того, как их не пустили в реанимацию. ГКБ имени Плетнёва должна заплатить по 30 000 мужу скончавшейся в реанимации Надежды Подоплеловой, а также двум её дочерям.
Медучреждение отказалось пускать родственников женщины в реанимацию ещё в прошлом году, что стало основанием для подачи ими иска в Измайловский райсуд столицы, однако в августе 2018-го решение было принято не в пользу семьи Подоплеловых.
Дочь умершей Ольга Подоплелова подала апелляцию в Мосгорсуд, лично представляя интересы своей семьи – и добилась успеха.
– 10 мая прошлого года моя мама попала в реанимацию, – рассказывает Ольга Подоплелова. – Это произошло после установки ей кава-фильтра.
Установить фильтр, который нужен был Надежде из-за подозрения на тромбоз глубоких вен на фоне химиотерапии, в частной клинике отказались, поэтому женщину и привезли на "скорой" в больницу Плетнёва. После операции её состояние ухудшилось, и тогда онкобольную пациентку перевели в реанимацию.
Полтора дня врачи отделения не пускали к Надежде никого из ближайших родственников – а попасть к умирающей пытались её муж и две дочери. Родственники неоднократно просили впустить их, однако врачи были непреклонны. По словам Ольги, они утверждали, что в отделении нет условий для посещений, при этом с пациентами постоянно проводятся медицинские манипуляции, да и вообще "они находятся без одежды".
– И каждый раз они предупреждали нас о том, что мамы не станет в ближайшее время, – продолжает Ольга. – Мы же ссылались на письмо Минздрава от 30 мая 2016 года, в котором прямо говорится, что реанимации должны быть открыты для посещений, и там же чётко были указаны правила и условия таких визитов.
Например, одним из требований для посетителей является то, что у родственников не должно быть признаков острых инфекционных заболеваний, и они должны надеть специальную защитную одежду (бахилы, халат, шапочку) и вымыть руки.
– Мы готовы были сами купить эту медицинскую одежду и следовать всем инструкциям, однако врачи, тем не менее, проигнорировали наши доводы, – вспоминает Ольга. – Впоследствии я обратилась к главному врачу с просьбой разобраться в ситуации. Это было важно с точки зрения фиксации нашей позиции и фактических обстоятельств произошедшего. Через месяц мне пришёл ответ, в котором больница признала необоснованность недопуска нас в реанимацию. Я запланировала так или иначе довести это дело до суда – к сожалению, в России проблема недопуска родственников в реанимацию может затронуть каждого.
Ольга, юрист по образованию, исходила из того, что в суде центральным вопросом дела должно было стать толкование статьи 6 Федерального закона об охране здоровья граждан. В ней говорится о том, что приоритет интересов пациента реализуется путём "создания условий, обеспечивающих возможность посещения пациента и пребывания родственников с ним в медицинской организации с учётом состояния пациента, соблюдения противоэпидемического режима и интересов иных лиц, работающих и (или) находящихся в медицинской организации".
Ольга доказала, что эта норма обязывает больницы создавать условия для посещений даже в реанимациях, поскольку речь идёт об основополагающих правах личности. Никто не может быть лишён права увидеть близких людей в опасной для жизни ситуации.
В итоге именно подход Ольги к толкованию нормы закона о посещениях принял к сведению Мосгорсуд. 14 декабря он отменил решение Измайловского районного суда.
Продолжение на сайте «PLATFORMA.MEDIA»