«Трендец!» — донеслось у меня из-за спины, — «нет, Вы видели этого кренделя? И что он о себе думает, что воображает! Моя мама не одобрила бы!»
Я не торопясь обернулась. В двух шагах, вытянув тощую кадыкастую шею к моему левому уху, притаилось невзрачное существо. Мужицкого полу, возраста призывного, интеллекта не определяемого. Я хмыкнула, «папаган» дёрнулся и застрочил — убедительнее не бывает. «Одна видимость, говорю Вам. А кинь такого в «горячую точку» — вся пыль слетит. Слабак, сразу видно!»
«Нуууу. Вам виднее…» — отозвалась я. И закинулась: «Вы-то — спец по «точкам». Без сомнений! Где служили? Если не тайна. Государева…»
Мужикастый поёрзал, помялся плечами. На вскидку — мой сорок четвёртый, ношеный. И уперев кисть в бок, молвил ласково: «Не довелось. Врать не стану».
Я развернула торс в изначальную позицию — тема исчерпалась.
Уже с получаса как, я наблюдала, совместно с группой зевак, съёмочный процесс. Меня занесло в столицу, а в столице — в тихом проулочке, недалече от центра — образовался киношный экзерсис. Стоя недвижимо на одной, с трудами отвоёванной позиции, мне посчастливилось зреть главного героя, так сказать — вблизи. И оказался он вполне себе таким же, как и на экране. В широкий формат. Не хуже, не лучше. Только усталый, какой-то. Дубль повторяли уже раз в пятый. Герой сердито морщился, выговаривал что-то партнёру. И совсем не смотрел по сторонам. А что смотреть — толпа любопытствующих, да и только.
Гунявый мужичонка, почему-то решивший испортить мне настроение и удовольствие от созерцания тайн синематографа. Помолчав минут семь, возник снова. «Вот, Вы думаете — они все и в жизни супермены. Так вот — нет. Обычные мужики. Как я, к примеру».
Мотнув остервенело головой, я тявкнула через губу: «Ну, эт Вы загнули! Куда этому «кренделю». До Вас!» И вновь прильнула к «экрану». Там как раз началась жёстко психологическая сцена. Герои сильно ссорились, а потом дело должно было кончаться потасовкой. Ссору я уже просмотрела трижды. А до кулачного никак не доходило. Партнёр не убедительно сволочился. Драка из этого — ну, никак не вытекала.
Пока режиссёр нахлобучивал млявого «второстепенного», диалог возобновился.
Скучливым нудным голосом мне поведали о недавнем «семейном промахе» какой-то «звезды отечественного». Потом, о недостойном — селебрити шоу-бизнеса. Затем безостановочно всю «желтизну» за отчётный период. Стало тошно, будто пирожок просроченный сожрала. Хотела было сменить диспозицию и оставить прохиндея без аудитории. Однако, грядущая драка не позволила дать слабину. И не томясь ожиданием, я вкатила паскуде тихим шёпотом: «Да, твою ж мать! Чем почитывать всякую дрянь и выискивать «блох». Лучше б в «качалку» походил. Деятель! Тебя ж — без текста — и не видать. Где ты? Куда подевался? Ау, отзовись! Аааа, вот ты… Гнусь беспородная! Прежде чем помоями обливать — стань уж хоть кем-то. Дебил. Чтобы глазу было об што зацепиться. А уху порадоваться».
И отворачиваясь — теперь уж окончательно — добила: «От армии, и то отмазался - видимо, мама не одобрила...»