Дочка рассказывает. Надушилась как-то духами Trussardi, а знакомый и спрашивает: - Чем это от тебя так хорошо пахнет? - Трусарди, - отвечает она, и видит, как молодой человек потихоньку офигевает и, давясь от смеха, сползает со стула. Ну не слышал он никогда такого сочетания звуков и понял совершенно иное. С кем не бывает? Дочка обиделась. - А ты сам-то чем пахнешь? - Димой Биланом, - отвечает знакомый, и они оба закатываются хохотом... "Можешь использовать эту историю, - великодушно разрешает мне дочка. - Годится она для твоих рассказов?" "Быть может", - говорю я, вспоминая простенькие польские духи с романтическим названием. Были такие женские духи когда-то давно, в пору моей юности. Хотя, почему это "были"? Быть может, они и сейчас есть.
Дочка рассказывает. Надушилась как-то духами Trussardi, а знакомый и спрашивает:
- Чем это от тебя так хорошо пахнет?
- Трусарди, - отвечает она, и видит, как молодой человек потихоньку офигевает и, давясь от смеха, сползает со стула.
Ну не слышал он никогда такого сочетания звуков и понял совершенно иное. С кем не бывает?
Дочка обиделась.
- А ты сам-то чем пахнешь?
- Димой Биланом, - отвечает знакомый, и они оба закатываются хохотом...
"Можешь использовать эту историю, - великодушно разрешает мне дочка. - Годится она для твоих рассказов?"
"Быть может", - говорю я, вспоминая простенькие польские духи с романтическим названием.
Были такие женские духи когда-то давно, в пору моей юности. Хотя, почему это "были"? Быть может, они и сейчас есть.