“Имя незнакомки, он выяснил, было Маруся Станиловска Дагмар Наташа Лиана из рода Романовых, и она сопровождала не то отца своего, не то дядю, посла московитов, прибывшего на коронацию”, – так описывает Вирджиния Вульф в романе “Орландо” возлюбленную главного героя. Роман изыскан и утончённо-прекрасен, поэтому можно простить автору досадную неточность.
Западные фильмы и книги нередко обилуют ошибками, когда описывают российскую или советскую действительность. Что не удивительно – иностранцам позволено не знать нюансов наших привычек и обычаев. Разумеется, наш зритель или читатель критикует эти ляпы. Это понятно.
Но будем справедливы. Наши авторы допускали в своих произведениях точно такие же ляпы! И по той же причине! Живя в закрытой стране, изучая заграницу только по книгам, журналам и фильмам, которые проникали через железный занавес, они точно так же не знали досконально привычек и обычаев страны, о которой писали книгу или снимали фильм. Так как средний зритель знал ещё меньше, то эти ляпы, обыкновенно, проходили незамеченными.
Но те, кто говорил на иностранном языке и жил за границей, подмечали такие детали, которые, к сожалению, разочаровывали. Скажу про себя. Я говорю по-испански, а потому всякие “донны Инессы” и “Мигуэли Диазы” раздражали мой слух. Приходилось постоянно мысленно исправлять на правильное “донья Инес” и “Мигель Диас”.
Иногда причиной ляпа становилась не ошибка, а особенности русского произношения, когда безударное “о” произносится как “а”. В испанском, равно как и во многих других языках, “о” это “о”, а “а” это “а”. Если заменить одну букву другой, то зачастую получается другое слово, имеющее другое значение. И тогда Кончита из “Человека с бульвара Капуцинов превращается в Канчиту, то есть – в небольшую спортивную площадку!
Или вот еще сцена из великолепнейшего, любимейшего фильма “Труффальдино из Бергамо”, где герой Райкина представляет одного из своих хозяев как “Распони Федерико из Турина”. А хозяин дома Панталоне переспрашивает, произнося привычно: “Федерика”? Вроде бы ерунда, ан нет! Ибо Федерика – это женское имя. Незначительная, вроде бы, оговорка превратила мужчину в женщину, что в данной ситуации выглядит более чем забавно, ибо мы знаем, что под именем туринца Федерико скрывается его сестра.
Трудно перечислить все ляпы, но один из них мне хотелось бы упомянуть особо, ибо он более чем просто забавен!
“Человек-амфибия” – одна из самых любимых книг детства. И фильм тоже один из самых любимых. И заслуженно! Но увы, без ляпов не обошлось. Я даже не говорю о том, что испанская фамилия Zurita на самом деле правильно произносится как Сурита. Я об имени главной героини.
Александр Беляев, решив придумать для героини необыкновенное имя, назвал её Гуттиэре. Проблема в том, что это – мужское имя! К тому же, неправильно записанное. В оригинале одно “т” и два “р” – Gutierre. Более древняя форма - Gutier. Исключительно мужское имя и никаких женских вариантов. От этого имени происходит фамилия Гутьеррес, а фамилии-патронимы традиционно производились от мужских имен, а не от женских. Более того, это очень устаревшее, средневековое имя, почти не используемое сейчас. Что-то вроде Пафнутия или, к примеру, Агафона. Это имя когда-то носили почти забытые сейчас древние правители разрозненных графств и княжеств, из которых позже сложилась Испания...
Но это так, не в упрёк автору, ибо все мы в чем-то можем ошибиться. Никто не безупречен, никто не знает всего и обо всем. Ни книга, ни фильм от этого хуже не становятся. И всё-таки, забавная деталь!