Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
История моды с Марьяной С.

Императорская ревность и мода

Эта история случилась во времена императрицы Елизаветы Петровны. Семён Нарышкин, блестящий щёголь и один из образованнейших людей своего времени, женился на женщине, которая была ему под стать. Мария Балк-Полева была очень богатой наследницей, ослепительной красавицей и щеголихой. Однако, как известно, Елизавета считала, что самая блистательная женщина при дворе - она сама, и чем старше становилась, тем ревнивее относилась к своему первенству. Родная тётка Марии, Наталья Лопухина, в своё время пострадала не столько потому, что участвовала в заговоре, сколько потому, что была красавицей, и во времена юности Елизаветы постоянно её затмевала, да ещё посматривала свысока. Так что, когда Елизавета взошла на трон, политика стала удобным предлогом, чтобы отомстить сопернице в сфере красоты, нарядов и кружения голов мужчинам. Наталью Лопухину били кнутом, отрезали язык и отправили в ссылку. Её племянница тоже пострадала от императрицы-модницы, хотя и не так жестоко. Роскошная фигура новоисп

Эта история случилась во времена императрицы Елизаветы Петровны. Семён Нарышкин, блестящий щёголь и один из образованнейших людей своего времени, женился на женщине, которая была ему под стать. Мария Балк-Полева была очень богатой наследницей, ослепительной красавицей и щеголихой.

Мария Павловна Нарышкина, Жан де Самсуа, 1756
Мария Павловна Нарышкина, Жан де Самсуа, 1756

Однако, как известно, Елизавета считала, что самая блистательная женщина при дворе - она сама, и чем старше становилась, тем ревнивее относилась к своему первенству. Родная тётка Марии, Наталья Лопухина, в своё время пострадала не столько потому, что участвовала в заговоре, сколько потому, что была красавицей, и во времена юности Елизаветы постоянно её затмевала, да ещё посматривала свысока. Так что, когда Елизавета взошла на трон, политика стала удобным предлогом, чтобы отомстить сопернице в сфере красоты, нарядов и кружения голов мужчинам. Наталью Лопухину били кнутом, отрезали язык и отправили в ссылку.

Её племянница тоже пострадала от императрицы-модницы, хотя и не так жестоко.

Придворное платье, 1750е, из коллекции музея Метрополитан (Нью-Йорк).
Придворное платье, 1750е, из коллекции музея Метрополитан (Нью-Йорк).

Роскошная фигура новоиспечённой Нарышкиной, которую только подчёркивали модные юбки на огромны каркасах (фижмах), раздражала императрицу. Так что Марии было велено фижм не носить. Естественно, платья, сшитые с расчётом, что их будут носить поверх фижм, без них утрачивали всю красоту и уныло обвисали. Однако Нарышкина нашла способ обойти императорский запрет и заказала в Англии специальный механизм с пружинками, складные фижмы: "Она приезжала ко двору точно божество, затмевая всех своей талией, своим нарядом и видом. В то же мгновение, когда появлялась императрица, пружины падали, и платье и талия теряли свою прелесть. Но как только императрица удалялась, пружины вновь оказывали своё действие".

Придворное платье, 1ё760-70, из коллекции музея Виктории и Альберта (Лондон)
Придворное платье, 1ё760-70, из коллекции музея Виктории и Альберта (Лондон)

Интересно, неужели никто не сдал её императрице? Видимо, нет... Характер весёлой Елисавет на самом деле был нелёгким, возможно, Нарышкиной сочувствовали.

Императрица Елизавета Петровна, Луи Каравак, 1750 г., из коллекции ГТГ (Москва)
Императрица Елизавета Петровна, Луи Каравак, 1750 г., из коллекции ГТГ (Москва)

В мемуарах следующей императрицы, Екатерины II, в главах, посвящённых её молодости при дворе Елизаветы, есть ещё один похожий эпизод: " Однажды при всём Дворе она подозвала к себе Нарышкину, жену обер-егермейстера, которая благодаря своей красоте, прекрасному сложению и величественному виду, какой у неё был, и исключительной изысканности, какую она вносила в свой наряд, стала предметом ненависти императрицы, и в присутствии всех срезала ножницами у неё на голове прелестное украшение из лент, которое она одела в тот день".

Мораль: не затмевайте императриц! Они этого страсть как не любят...